Остается продумать легенду поубедительнее — типа боязни покушения одновременно с любовным свиданием. Что-то в этом роде. В остальном я полагался на инстинкт и на импровизацию. Подобного расклада я, честно сказать, до самой акции по Анжеле не просчитывал, В голову даже не приходило. Эх, знать бы, где соломку пристрелить, как говорят у нас на 433.

Кстати, о сигналах. Не так уж бесполезен оказался Грабер — мало того, что предоставил мне генокарту господина бастарда, так еще и модулятор его личного автосигнала — не иначе как сам собирался какую-то поганку против босса завернуть. Я даже проникся к бывшему шефу некоторым уважением. Осталось состряпать пилюли, повторяющие набор выделений нашего друга Левински, и можно некоторое время спокойно пожить за его счет, если избегать встреч с ним лично. Ну да в этом мы и не заинтересованы. Пока. Я уже задал программу синтеза своему верному спутнику — «Мидас-ЕНМ» — был у меня такой портативный переносной синтезатор, с которым я расстаюсь еще реже, чем с лазерным карандашом, пультом и маской псевдогримера. Малый джентльменский набор, одно наличие которого тянет на семь лет каторги. Но я носил его с собой даже во время работы в Исследовательском центре. Просто все выполнено в виде совсем безобидных предметов, без которых не обойдется в повседневности ни один средний гражданин статусом не ниже 4-Б. Барсетка там, портативный пульт виртуальных игрушек и прочая дребедень.

— Это я, девочка, — сказал я Жен своим родным баритоном. Пси-кодирование под типаж Левински мы провести еще не успели, так что и голос и манеры оставались мои личные. Я только копировал Левински. Пока. — Это я, а рядом наш друг Грабер. Это просто маскарад такой. — И увидел, как глаза Жен разгораются знакомым уже огоньком. Злится девочка, а значит, испуг преодолен. Молодец. Устойчивость психики к шоковым воздействиям — фирменная особенность выходцев с рабочих планет сельского типа. Теперь бы еще выложить ее роль в предстоящем маскараде и не спровоцировать избиение шлангом ионного душа, который в нашей новой машине тоже имеется. — Слушай, девочка, времени у нас в обрез. Есть неплохая возможность замести на время следы, сыграв под Грязного Гарри. Ты не в официальном розыске, и тебе предстоит взять на себя роль любовницы нашего заочного друга. Он же и заказчик принцессы, а значит, источник наших с тобой неприятностей. — Ага, глазенки засверкали, схватывает на лету. Еще больше молодец. — Сейчас мы едем в мотель, проведем там ночь, а потом, надеюсь, сможем скакнуть на одну из его вилл. Где подальше и поспокойнее. Только одну ночь. Но все должно быть по-настоящему, от души. Сможешь? — Вот черт! Потупилась, губы кусает… Или облизывает? Смущение? Или страх? Мнется… Вот уж от кого не ожидал, так это от Жен, которая за словом в карман не поле — зет! — Тебе и играть-то почти не придется. Это вот нам с партнером… Ладно. Будь естественной и спокойной. Иногда смотри на меня с любовью. Если получится. И все…

Много ли скажешь за те несколько минут, пока наш караван вырвался из города и достиг фешенебельного мотеля с гордым его названием.

Процедура с покиданием салона в точности повторила встречу Жен на площади у аптеки. Только вот все произошло более чинно и солидно. Не спеша вышла охрана, рассыпалась двойным кольцом — два десятка здоровых лбов стараются: а вдруг я соизволю кого-нибудь из них заметить и приблизить.