— Слушаюсь, — отчеканил хусортец.

Постелив на камни плащ, Ивон расположился у стены. Ученик жреца очень устал, хотя днем, не обращая внимания на сопротивление советника королевы, Исайб забрал у него дорожную сумку и колчаны со стрелами. У Ивона остались только лук за спиной, фляга и кинжал на поясе.

Телохранитель не отступал от валвилца ни на шаг. После схватки на плато все воины поняли, какое значение для отряда имеет этот странный юноша с зеленоватой кожей и большими смешными ушами. В борьбе с магинцами одной физической силы мало, необходимо обладать еще и волшебными знаниями.

Исайб сидел рядом с учеником жреца и медленно, наслаждаясь вкусом родниковой воды, пил родниковую воду из фляги.

— Будь настороже, — проговорил Конан, обращаясь к шемиту. — Чародеи уже знают о нашем приближении. Присматривай за альвом; Он часто лезет в самую гущу драки, а колдуны попытаются, прежде всего, убить именно вражеского мага.

— С головы Ивона не упадет ни один волос, — заверил северянина хайбориец. — Я хорошо помню свои прежние промахи. Всемогущий Митра наказал меня по заслугам.

Киммериец опустился на колени и отрезал себе кусок мяса. В голову Конана пришла странная мысль. А знал ли Рат, куда попадут Селена и Исайб? Что было бы с девушкой, окажись она в Ингасии? Хрупкой волшебнице было бы не выдержать и двух лун рабства. Впрочем, ведьмочка хороша собой и хитра — в Фессалии в ее сети попал король Эдрик, а здесь на его месте мог бы оказаться Чинхак…

Чародей вряд ли скажет правду, но все же интересно, где сейчас находятся Хотеп и Сиптах Атхемон. А вдруг их тоже забросило в Воланию? Если злобный колдун, освободившийся из плена кровожадных демонов, окажется среди магинцев, жди большой беды!

Несмотря на страхи и опасения, солдаты легли спать. Утолив голод и жажду, наемник отправился проверять посты. Фессалийцы вглядывались в темноту, пытаясь увидеть несуществующего неприятеля. Убедившись, что пока в округе тихо, киммериец вернулся в лагерь и уснул.

Альв находился между северянином и шемитом. Каждый из воинов закрывал советника королевы своим телом.

Ночь прошла на удивление спокойно. С одной стороны это радовало, с другой, настораживало. Вряд ли магинские колдуны ограничатся фокусом с гремучими змеями. Какую новую пакость они могли подготовить?

Быстро позавтракав, путешественники двинулись дальше. Фессалийцы заметно повеселели. Диск Солара еще не был виден, но небо над ущельем окрасилось в нежно-голубые тона. Воины уверенно шагали по дороге, и за время до полудня отряд преодолел почти пять лиг.

Размышления северянина прервал встревоженный возглас разведчиков. Солдаты остановились перед огромным завалом из каменных обломков — часть скалы рухнула и перекрыла ущелье.

Наемник невольно улыбнулся. Это заметил валвилец…

— Чему ты радуешься? — спросил ученик жреца. — Мы здесь застрянем.

— Я только что подумал о лошадях, — ответил Конан. — Боги рассеяли мои сомнения. Такое препятствие животным было бы не преодолеть. Магинцы все предусмотрели.

Воины осторожно начали взбираться по камням, первый хусортец поднялся наверх и радостно воскликнул:

— Впереди плато! До него не более полулиги!

— Ты лучше брось веревку и помоги остальным забраться наверх, — недовольно пробурчал Аделан. — Я не собираюсь здесь ломать шею, поторапливайся. У меня пальцы затекли.

Солдаты помогали друг другу, втаскивая сначала тяжелые дорожные сумки и бурдюки с водой, а затем обвязавшихся веревками друзей. Вскоре все фессалийцы оказались на вершине завала.

Разведчик не ошибся. Ущелье заканчивалось широким плато, определить размеры которого, пока не представлялось возможным.