— Тебе, наверное, следовало это проверить, — ответил он, включил свет и поспешил к источнику шума. Коридор освещали лампы, спрятанные в нишах у пола, свет мощностью в сто ватт отражался от паркета. Я переступил порог, закрыл за собой дверь, не отрывая глаз от конца коридора, где Бруно открывал дверь высокого, от пола до потолка, шкафа. Он дернул шнурок, включающий свет в шкафу, откинул пластмассовую панель, закрывающую пульт охранной системы.

По моим подсчетам, на введение кода оставалось секунд восемь, а потом начался бы трезвон. В прошлом со мной такое уже случалось раз или два, и впечатления остались незабываемые. К счастью, мне удавалось сбежать. Ведь если бы даже и имелась возможность обесточить сирену, смысла в этом уже не было никакого — все, кто мог, наверняка успели проснуться. По крайней мере я думал именно так, хотя сам никого не видел, потому что ретировался слишком быстро.

Само собой, если бы я знал о наличии сигнализации, то постарался бы как-нибудь ее нейтрализовать. При нормальном раскладе, прежде чем доставать отмычки, обследовал бы дверь, чтобы узнать, подключена ли сигнализация. Но теперь рассуждать таким образом было все равно что размахивать кулаками после драки. Движимый желанием покрасоваться я полез напролом. И, разумеется, сказалось спиртное. Сколько я выпил? Три, может, четыре стакана бордо. Слишком много, чтобы садиться за руль, и достаточно для того, чтобы распушить павлиний хвост перед новичком и показать, какой я крутой. А теперь получалось, что я показал исключительно собственную дурь.

Тем временем Бруно набрал код на пульте управления и оборвал назойливое пиканье. И как только в квартире установилась тишина, повернулся ко мне.

— Что это было? — спросил я. — Проверка?

Он моргнул, покачал головой.

— Я забыл. Вот и все.

Я кивнул, стараясь убедить себя, что инцидент исчерпан.

— Пригласишь меня в дом?

Через арку в конце коридора Бруно провел меня в большую, совмещенную с кухней гостиную. Здесь меня ждал сюрприз. Он включил свет, и я увидел, что в комнате почти нет мебели, а пол — бетонный, покрытый коркой краски. Причем краска была разных цветов, бессистемно смешанная. Все это напоминало гигантскую инсталляцию Джексона Поллока. Вдоль стен стояли картины, законченные и находящиеся в работе, большинство — абстрактные, один или два традиционных портрета. Напротив окон я увидел два мольберта с незаконченными холстами, а между ними — длинный узкий стол, прогибающийся под тюбиками с краской, кисточками, скребками и бутылками с растворителем.

— Ты рисуешь? — задал я очевидный вопрос.

— Немного, — коротко кивнув, ответил Бруно. Он снял рюкзак, расстегнул молнию, достал мою книгу и положил на гранитную поверхность кухонного столика. Спросил: — Хочешь кофе?

— Хочу. — Я подошел к одной из картин. Краска, покрывавшая пол неровным слоем, прилипала к подошвам моих туфель. Может, я поступил правильно, не почистив их.

— У тебя хорошие картины, Бруно. Очень хорошие.

Бруно не ответил. Залез в стенную полку, достал две кружки и пакет с молотым кофе. Я смотрел, как он насыпает кофе в кофеварку, включает ее. Когда вода закипела, Бруно открыл дверцу холодильника, сунулся в его осветившееся нутро.

— Молока нет.

— Сойдет и черный. — Я провел рукой по холсту. — Даже лучше, поможет мне чуть протрезветь.

Ох, если бы желание трезвости пришло мне в голову парой часов раньше…

ГЛАВА 3

«— Я хочу, чтобы вы кое-что для меня украли.

Такие слова я слышал не впервые, только обычно собеседник предпочитал какое-то время походить вокруг да около.