Дейл знал, что многие в Бейланде недовольны его назначением на столь ответственный пост. Они предпочли бы иметь начальником полиции не чужака-молокососа, а опытного полицейского из местных. Однако сам Мэтьюз считал, что вполне достоин своего поста: во-первых, у него хорошее образование и превосходные рекомендации, а во-вторых, он обладает тем, чего «старой гвардии» катастрофически не хватает — дипломатичностью, тактом, умением разговаривать с людьми. Взять хотя бы речь, которую он произнес сегодня на обеде. Или, к примеру, как ловко он утихомирил этих полоумных баб, защитниц окружающей среды. Настоящий общественный деятель должен чувствовать себя как рыба в воде в любых социальных кругах.

Доктор Янсен и Уолтер Ференс приближались к своему начальнику, зябко ежась под холодным октябрьским ветром. Лейтенант был одет в толстенную шерстяную куртку, но выглядел все равно так, словно у него зуб на зуб не попадал. Этакий вялый, седеющий пожилой дядька, для которого согреться — уже проблема. Даже очки в стальной оправе были затуманены, словно покрылись инеем. Лицо у Уолтера было серое, бесцветное, за исключением старого шрама, багровой вмятины над левой бровью. Зато у доктора, любившего хорошо поесть и выпить, щеки были такие румяные, что холод им явно был нипочем.

— Новостей нет? — спросил у них шеф.

Уолтер покачал головой:

— Нет, похоже, труп только один.

— Сколько человек продолжают поиски?

Уолтер оглянулся в сторону болота:

— Человек десять-двенадцать.

Дейл натянул перчатки, засунул руки в карманы серого фланелевого пальто:

— Будем продолжать поиск до заката. Останки увезли?

Уолтер и доктор кивнули одновременно.

— Вы полагаете, это убийство? — спросил Дейл у Янсена.

Тот пожал плечами:

— Экспертиза покажет. Если в костях застряла пуля, дело ясное, но в данном случае, боюсь, выяснить ничего не удастся. Даже личность установить будет затруднительно. Там один скелет.

Мэтьюз покачал головой, думая, что ему вовсе ни к чему дело о нераскрытом убийстве, да еще сразу же после вступления в новую должность.

— Значит, ничего нового вы мне сообщить не можете?

Доктор кивнул:

— Ну, белая девушка. Возможно, подросток. Больше ничего. Остались кое-какие клочки одежды, но с ними пускай возится эксперт по тканям. Разумеется, кое-что можно будет установить по зубам.

— А сколько времени предположительно находился здесь труп? — спросил шеф полиции.

— На это я отвечу после лабораторного анализа. По меньшей мере несколько лет.

Дейл скривился.

— Что там происходит? — спросил лейтенант, кивнув на женщин, защитниц природы, которые теперь набросились на корреспондентку и фотографа из местной газеты — те проторчали возле заповедника весь день с самого утра.

— Любительницы птичек, — вздохнул Мэтьюз. — Хотят, чтобы мы прекратили поиски, потому что это может повредить пернатым.

— О господи! — возмутился доктор Янсен. — Да что такое с людьми происходит? Это просто невероятно! А они подумали о родителях, у которых пропали дети? Эти люди сейчас думают, не лежит ли в болоте и их ребенок. Чертовы бабы, они и не представляют себе, какое это горе — потерять сына или дочь. Им бы только птичек оберегать!

Шеф Мэтьюз бросил исподтишка смущенный взгляд на своего помощника, но лицо лейтенанта Ференса осталось непроницаемым. Дело в том, что несколько лет назад двое детей Уолтера погибли в автомобильной катастрофе. Жена Ференса потеряла управление машиной на скользкой от дождя автотрассе, и автомобиль рухнул в залив.