– Мне необходимо с вами поговорить, Евдоким…

– Васильевич.

– Да. Евдоким Васильевич.

– Проходите.

– Не сегодня. Я зашла узнать, готовы ли вы меня выслушать в принципе. Сам по себе разговор еще не назрел.

– Рад буду видеть вас в любое время. А в чем суть разговора?

– Он касается вас лично. А потому прошу никому из ваших близких и знакомых не говорить о моем появлении. Это очень важно.

– Вы меня заинтриговали. Кстати, я холост.

– Извините, но мне пора.

– Как вас зовут?

– Инга. Вы все запомнили, что я вам сказала?

– Я нем как рыба и жду вас с нетерпением.

Ольга кивнула и ушла. Первым делом она отправилась в свою скромную квартирку у Киевского вокзала и достала пакет с фотографиями. Удача сопутствовала ей и дальше.

Среди друзей, встречавших новый год вместе с Гортинским, она нашла и Вяткина, и Севу Дикого. На снимке, где портрет каждого был увеличен и распечатан отдельно, Ольга сделала надписи. Двоих из девяти удалось опознать.

Кажется, дело стронулось с мертвой точки.

Три дня наблюдений за домом ничего не дали. Очевидно, Вяткин отмечал свой юбилей где-то в другом месте. Следить за ним она не могла, он уходил рано, садился в свой джип и возвращался вечером. Ольга была обременена заботами о капризном прозаике и ограничена в свободе. Терять Гортинского она не хотела. Он был и остается главным золотым ключиком к потайной двери под старым холстом в каморке папы Карло.

И все же ей пришлось проститься со своим любовником на некоторое время.

Ольга сказала Гортинскому, будто звонила своей единственной сестре в Азов и выяснила, что та лежит в больнице.

Пришлось выпустить птичку из клетки. Она обещала вскоре вернуться. На прощание Вениамин Борисович предложил ей оставить у себя вторые ключи от квартиры и сказал, что двери его дома всегда для нее открыты и он будет рад ее появлению в любое время, когда бы это не случилось.

Прощание получилось слишком сентиментальным.

5.

Первым делом по дороге в Петербург Ольга вспомнила, что забыла заказать номер сестре в гостинице и отправила телеграмму с ближайшей почты с заказом забронировать номер.

О себе она не забыла, и номер ее уже ждал в гостинице «Астория», там, где проживал Всеволод Дикой. Он приехал из Москвы на сутки позже. Это был первый серьезный просчет в деле, и Ольга поняла, что спешка в ее плане может только повредить. Вяткин отмечал свой день рождения, когда она дремала в поезде по дороге в Питер. А ведь можно было не терять трое суток и не следить за домом Вяткина, а установить по телефону владельца данные о дне его рождения и в этот день не слезать с хвоста именинника, выяснив таким образом, кто из друзей пришел поздравить юбиляра.

Одна оплошность – и месяцы лишней работы.

Вечером того же дня Ольга навестила Дикого в его номере.

Адвокат потерял дар речи, увидев перед собой подружку Гортинского.

– Бог мой, Инга, как вы здесь оказались?

Он не смотрел на нее, как кот на сметану, и, кроме удивления, его взгляд ничего не выражал.

– Только выбросите из головы дурные мысли. Я приехала лишь с одной целью – избавить вас от непредвиденных неприятностей. Могу я зайти?

– Разумеется. Извините, я еще не отошел от шока.

– Странно. Как мне казалось, у адвокатов такого, класса должна быть реакция кобры.

Она прошла в номер и устроилась на диване, обшитом синим бархатом. Он устроился на стуле и не отрывал от нее беспокойного взгляда.

– Вы позволите закурить? – спросил он, хлопая по карманам пиджака, висящего на спинке стула.

– Позволяю. И даже позволяю надеть пиджак, а я с удовольствием покурю вместе с вами.