|
Выскочить замуж за Хантера,
возможно, и было столь же страшно, как и спрыгнуть с обрыва, но она знала, что он
никогда не позволит никому и ничему причинить ей боль. И что бы еще ни произошло
между ними, она, возможно, будет обязана ему жизнью.
- Спасибо. Я не знаю, как ты осуществишь свой план, но я очень благодарна
тебе.
- Я все объясню, как только это закончится.
Это немного раздражало, но Ката кивнула. Это было в стиле Хантера. Она не
могла изменить его, но хотела дотронуться до него, прикоснуться к щеке, оставить
мягкий поцелуй на губах. Так бы поступила влюбленная женщина, поэтому она ничего
не сделала.
- Спасибо.
- Не за что. Будь готова к пяти, упакуй свои вещи. Полковник и Логан
согласились остаться с твоей матерью. Я скажу отцу вести себя помягче. Но ты
можешь быть уверена в том, что она в хороших руках. Завтра вы обе будете свободны,
- он сделал паузу, посмотрев вниз на ее кружевное синее белье. - Но этим вечером…
не надевай трусиков.
С этими словами он развернулся и вышел, тихо закрыв за собой дверь.
Ката уставилась на прочную дубовую преграду между ними. И это все? Ни
поцелуя, ни объятий? Она определенно хотела их, даже если эта ночь будет
прощальной.
Ее накрыла новая волна опустошения, смывая все на своем пути. Казалось,
Хантер был далек от прекращения любых отношений с ней.
Ката нахмурилась своему отражению в слегка запотевшем зеркале, а затем
прикрыла глаза под давлением эмоций. Все внутри нее противилось завершать это.
Как Хантер смог так быстро укорениться в ее сердце, что она уже была не уверенна в
Покорись мне. Шайла Блэк
Ката покачала головой. Она жила без мужчины в течение двадцати пяти лет. И
она найдет способ, как справляться с этим на протяжении всей своей оставшейся
жизни. Во-первых, она должна сосредоточиться на том, как пережить эту ночь.
Потому что Хантер слой за слоем обнажит ее до самых глубин, вытащит наружу все,
что было надежно спрятано, а затем заберет это у нее. Она боялась, что станет другой
после всего.
Хантер пересек весь город в тишине. Ката хотела спросить у него, куда они
направляются, но его твердо сомкнутые губы не воодушевляли на разговор.
Куда бы они не поехали, он знала, что это будет безопасное место. Но у нее не
было такой же уверенности, когда речь шла о ее сердце.
Наконец, когда уже начало смеркаться, они остановились напротив большого
дома. Прямо за городом, в уединенном переулке, раскинулся кирпичный дом с
черными ставнями и большими окнами, маня длинной каменной дорожкой,
окаймленной парой возвышающихся дубов с уходящими вверх высокими ветвями над
причудливой тропинкой. |