хочет, ее тело решило за нее. Ката подавалась навстречу, делала все возможное, чтобы

принять его глубже, быстрее, сильнее.

— Сейчас!

— Не ты здесь главная, сладкая.

— Но, мне нужно…

— Я дам тебе это так скоро, как ты будешь готова.

Готова?  Разве  можно  быть  более  готовой?  Она  дышала  огнем,  сердце  качало

лаву.  Она  чувствовала,  что  в  клиторе  по-настоящему  нарастала  боль,  взрываясь

адским огнем, угрожая спалить ее заживо.

— Я уже готова!

Он покачал головой и прислонился лбом к ее лбу, чтобы она не могла смотреть

никуда, кроме его глаз.

— Нет, сладкая. Предоставь все мне. Я хочу позаботиться о тебе.

Распластанная  на  спине  и  придавленная  Хантером  –  единственным  якорем  с

реальностью в это мгновение -  у нее не было много вариантов. Ката закусила губу, так

как гнев и возбуждение взыграли в ней с равной силой.

Головка его члена задевала нужную точку снова и снова. Буря, назревающая в ее

теле,  превратилась  в  ураган.  Жажда  похоти  устремилась  по  венам.  Ката  была

подчинена  ему.  С  каждым  ошеломительным  погружением  он  входил  все  глубже,  а

трение усиливалось.

Она задыхалась, ее мир вышел из-под контроля.

Их взгляды сцепились. Она знала, что Хантер мог прочитать тревогу и нужду в ее

глазах.

 Покорись мне. Шайла Блэк

Хантер  ускорился,  его  стремительные  толчки  породили  огненную  лихорадку

глубоко  под  ее  кожей.  Ее  лоно  вздрагивало,  сжималось.  А  удовольствие  росло  в

геометрической  прогрессии,  распространяя  огонь  по  всему  ее  телу.  Она  кричала,

умоляла, царапалась.  Но оргазм все не наступал. Он по-прежнему находился в руках

ее мучителя.

Тяжело  дыша,  Ката  вонзила  в  мужчину  свои  ногти,  отчаянно  цепляясь  за  то

малое,  что  некогда  являлось  ее  самообладанием.  Она  отдавала  Хантеру  слишком

многое,  и  он  пожирал  это,  с  каждым  ударом  требуя  еще  больше.  Да,  она  пообещала

ему час откровенности, не представляя, что он мог погрузиться не только в ее тело, но

и в ее душу, завладев и тем, и другим. Это стало ее ошибкой. Но сейчас уже слишком

поздно.

Он  вбивался  в  нее  с  яростной  сосредоточенностью,  согнув  плечи.  Его

пристальный,  гипнотический  взгляд  был  все  еще  направлен  на  Кату,  позволяя  ему

отчетливо видеть реакцию на его действия.

Удовольствие  билось  внутри  нее.  Покалывание  переходило  в  дрожь,  углубляя

непрекращающуюся боль между ног. Чем Хантер безжалостно пользовался, совершая

толчки в самое чувствительное место.

Наслаждение  было  подобно  цепной  реакции,  которая  создавалась  путем

подпитки,  а  затем  обретала  собственную  жизнь.  Внезапно  потребность  в  разрядке

поглотила  ее  полностью,  и  Ката  испугалась,  насколько  далеко  могло  все  это  зайти.