|
Помертвев, он стал, подписывать одно за другим. Вечером того же дня Терл отыграл у Чара все шестьсот пятьдесят кредиток. Он даже выставил кербано на всю толпу в честь такой победы. Когда нетвердой поступыо он отправился спать, его провожали восхищенные возгласы. Ночью ему вновь снились красивые сны: о том, как рычаги воздействия привели его к процветанию, сделали королем и унесли далеко‑далеко с этой отвратительной планеты.
6
Джонни отложил книгу и, потянувшись, выпрямился. В воздухе уже пахло весной. Снег почти сошел, оставаясь лишь в тенистых местах. Чувствовался приятный прилив в мышцах. Одно дело сидеть в клетке под открытым небом зимой, и совсем другое — весной. Вдруг на черном блестящем танке к клетке подъехал Терл. Машина рокотала, пряча грозную мощь за хищной мордой с торчащим из нее стволом и прорезью слева. Терл вывалился из нее, и земля взрогнула. Настроен он был игриво. — Одевайся, животное. Мы отправляемся в путешествие. На Джонни были оленьи шкуры. Он посмотрел на себя. — Нет, нет, нет! — хохотнул Терл. — Я имею в виду настоящую одежду, а не эти вонючие шкуры. Кстати, нравится тебе моя новая машина? Джонни насторожился. Терл, который спрашивает его мнение и ждет одобрения, — это другой Терл, не тот, которого Джонни знал. — Я одет, — твердо отрезал он. Терл отвязал трос от решетки. — Ладно, переживу как‑нибудь, — примирительно буркнул он. — Захвати только с собой маску. Тебе придется сидеть внутри, а мне управлять в дыхательной маске будет чертовски неудобно. И дубинку свою прихвати. Джонни еще больше встревожился. Он застегнул пояс с мешочком для кремней и кусочками стекла для резки, прицепил к нему плеть и дубинку. Терл проверил емкости с воздухом и игриво щелкнул по эластичной маске Джонни:
— Давай‑давай, забирайся в машину. Что верно, то верно, подумал Джонни, когда утонул в сиденье, — машина неплохая. Пылающе‑яркая обивка, мерцающая приборная панель, блестящие контрольные кнопки. Красиво. — Я проверил ее на дистанционные датчики, — съехидничал Терл и загоготал. — Ты знаешь, о чем я, крысиные твои мозги. Сегодня — никаких полетов над скалами, никаких пожаров. — Он нажал кнопку, и дверцы герметично закрылись. Потом повернул переключатель газа, и атмосфера мгновенно изменилась. — Смотри сюда, тупица! — И снова заржал. Машина устремилась на открытое пространство в трех футах над поверхностью, мгновенно набрав скорость и чуть не сломав при этом позвоночник Джонни. Терл сдернул маску и бросил ее на сиденье. — Видишь дверцы? Никогда не дотрагивайся до щеколды и не пытайся их открыть, когда я не в маске, животное. Произойдет авария. Информация отличная. Джонни попытается ее запомнить. — Куда мы едем? — Просто покатаемся, осмотримся. Ответ вызвал у Джонни сомнение. Он внимательно следил за каждым движением Терла и индефицировал их с кнопками на пульте управления. Они повернули на север, а потом, по кривой, на юго‑восток. Несмотря на огромную скорость Джонни разглядел, что они пролетают над старинным поросшим травой шоссе. По солнцу определил направление. Сквозь прорези в машине увидел скопление древних строений, раскинувшиеся поля и горы впереди. Терл сбавил скорость и остановил свой танк неподалеку от самого большого здания. Вокруг были безлюдные руины. Терл открыл бар и опрокинул в себя кербано. Удовлетворенно рыгнув, он натянул маску и нажал на дверную кнопку. — Выходи, животное, осмотрись. Джонни перекрыл воздух и снял маску. Терл ослабил привязь. Джонни огляделся. Строения впечатляли. Совсем рядом с тем местом, где они стояли, была вырыта глубокая кривая траншея. Ветер с гор уныло шуршал высокой сухой травой. — Что здесь было раньше? — спросил Джонни. Терл стоял, лениво облокотившись на крышу машины. |