|
Он пришел на равнину. Когда мужчины отправились за коровами, увидели его и Танцоршу. Танцорша была той самой вьючной лошадью Джонни. — У Быстроногого свежая рваная рана, наверное, напала пума. Вот я и подумала, что твоему коню удалось бежать, а тебе… Не могла я ждать, Джонни. «Да, — подумал Тайлер, — Быстроногий мог вернуться год назад, но проходы были уже завалены снегом. Так и остался, наверное, на равнине». — Теперь все хорошо, не волнуйся, — пытался хоть как‑то привести девушку в чувство Джонни. Грузовик резко подбросило. — Джонни, а Великая Деревня все‑таки существует. — Я знаю. — Джонни, а это чудовище, а? — она показала головой на кабину. — Да, Крисси. Но ты не бойся, оно не тронет. Он готов был солгать, только бы успокоить девочек. — Ты говоришь на его языке? У него есть свой язык? Ты выучил? — Я почти год был его пленником. — Что оно сделает с Патти? Со всеми нами? — Не волнуйся, Крисси. О боже, один ты знаешь, что может сделать с ними чудовище! Но Джонни ничего не должен говорить Крисси. И о том, что хотел бежать, тоже следует помалкивать. Да, он сам во всем виноват… — Чудовище чего‑то хочет от меня, Крисси, но я пока не знаю, чего. Я сделаю все, что оно потребует, и тогда оно нас отпустит. Оно не станет нас убивать, только запугивает, не тревожься. Джонни не по душе было от того, что он вынужден обманывать, но что делать?! Сам‑то Джонни не сомневался, что психлос убьет всех, как только будет выполнено задуманное им. Крисси выдавила улыбку:
— Старый Джимсон теперь у нас пастор и мэр. Зиму пережили хорошо. — Она помолчала. — Мы съели только двух твоих лошадей. — Хорошо, хорошо, Крисси. — Я тебе приготовила новые шкуры и сама их выделала. Они в мешке. — Спасибо, Крисси. Патти, широко распахнув полные ужаса глаза, вскрикнула: — Чудовище нас сожрет? — Нет‑нет, Патти. Оно не ест людей. Успокойся. Бедняжка затихла. — Джонни, — немного помолчав, заговорила Крисси, — ты жив, и это главное. — Слезы хлынули по ее щекам. — Я думала, ты… умер. Да, он жив. Они пока все живы. Но долго ли так будет? Он вспомнил, как безжалостно Терл стрелял по коровам. Машина скользила над кустами. — Джонни, — робко спросила Крисси, — ты не очень сердишься на меня? О боже! Сердиться на нее… Конечно, нет! Издали уже раздавался гул рудной базы.
9
Терл оставил их в кузове на всю зябкую ночь, прикрепив к бортам несколько видеоклопов. Днем он пришел и начал суетиться у клеток. Джонни был привязан слишком туго, так что не мог повернуть головы и посмотреть, чем чудовище занимается. Терл же прогромыхал к откидному борту грузовика, выволок лошадей и привязал их к ближайшей стойке. Норовистую он просто грубо швырнул на землю. Та попыталась встать на ноги, но чудовище сбило ее ударом кулака. Потом Терл подошел к Патти, отвязал ее, надел на шею маленький ошейник, заварил и присоединил к тросу. Подцепив девчушку когтем, уволок. Когда вернулся за Крисси, та в ужасе шарахнулась от чудовища. Терл достал второй ошейник и проделал все то же и с ней. На ошейнике Крисси Джонни заметил небольшую красную нашлепку. Очевидно, такая же была и на ошейнике Патти, только Джонни проглядел. Терл перехватил его взгляд, холодный и ненавидящий. — Теперь твое существование, животное, изменится. Бежать не за кем. Перед тобой — целая жизнь. Он схватил и поволок Крисси. Некоторое время он не возвращался. Джонни только слышал, как лязгнула дверь клетки. Но вот огромная туша психлоса налегла на кузов. Чудовище уставилось на Джонни. — Дурацких сюрпризов, надеюсь, больше не будет? И ты не станешь носиться с ружьем, которое стреляет холостыми? Я, пожалуй, вышибу дух из Кера — плохо он тебя выучил! — хохотал Терл, колдуя над привязью Джонни. |
