Ампили испуганно вскрикнул и съежился на софе. Перед ним стояли двое гвардейцев – дюжие молодцы огромного роста и устрашающего вида с холодными глазами. Один из них обнажил свой меч.

И этот меч находился у горла Ампили. – Вы пойдете с нами, милорд, – сказал другой. – А если попытаетесь сопротивляться, то умрете.

4

Гвардейцы-преторианцы, Ампили знал это по опыту, не размахивают мечами, чтобы арестовать безоружного толстого старика, а потому, пока неверной походкой шел к двери, сообразил, что это не официальный арест. Если бы он понадобился императору, достаточно было сказать об этом. Императрица, вспомнив о желании потанцевать с ним, могла бы послать гвардейца вместо лакея, но тот не стал бы вытаскивать свой меч, ведь ему не оказывали сопротивления. Концы с концами явно не сходятся. Взявшись за ручку, он остановился. Солдаты стояли прямо за ним.

– Кто вы? – спросил Ампили дрожащим голосом, обращаясь непосредственно к резной лакированной двери. – Куда вы меня ведете?

– Кое-кто хочет видеть вас.

– Кто? О-о-о!

Что-то острое проткнуло его туго обтягивающий спину камзол. Он рывком распахнул дверь.

Веселье было в самом разгаре. Часовые, которых лорд заметил раньше, все еще стояли у входа в зал. Ампили подумал было, не позвать ли их на помощь, но, прежде чем решился на это, его подтолкнули к соседней двери в буфетную. Теперь звать на помощь поздно. Еще одна дверь с противоположной стороны привела его на черную лестницу.

– Вниз, – скомандовал голос за спиной.

Ампили стал спускаться в темноту, а затем почти в полную тьму, слыша шарканье военных сандалий за спиной. Его похитителям мешало двигаться оружие, но он знал, что не стоит и пытаться убежать от них. Не рискнул бы пойти на это и на ровной дороге, а уж на лестнице просто сломал бы себе шею. Когда Ампили вовсе перестал что-либо видеть, тяжелая рука легла ему на плечо, подталкивая вперед.

Его похитители, очевидно, видели в темноте гораздо лучше его. Они миновали пустые погреба, поднялись по наклонной плоскости, служившей для спуска бочек, и оказались в аллее позади дома Ишипол. Лорд ожидал увидеть экипаж или даже коня, но вместо этого его торопливо провели через низкую дверь в какое-то помещение наподобие заброшенной конюшни. Он почувствовал затхлый нежилой запах. Ноги то и дело подворачивались на неровном булыжнике. Ампили неуверенно ступал в темноте, повинуясь руке, железной хваткой державшей его плечо. Ему показалось, будто он коснулся чего-то твердого, затем он ощутил паутину на своем лице.

Пальцы сдавили его плечо еще крепче.

– Стойте!

Лорд остановился. Руку с плеча убрали. Старик вздрогнул, услышав впереди себя другой голос, женский.

– Очень хорошо, – произнес этот голос. – Это он. Давайте зажжем свет, пока он не умер от страха.

В сумраке над головой замерцал светильник.

Да, он и в самом деле находился в старой, давно заброшенной конюшне. Стойла утопали в мусоре, многие перегородки были сломаны. Центральная часть помещения оставалась свободной, там стояло лишь несколько стульев с прямыми спинками, которые казались новыми, возможно, их принесли сюда из какой-нибудь кухни. А по углам лежали причудливые тени – там могло скрываться что угодно. Кружева паутины свисали отовсюду словно портьеры.

Женщина была ему незнакома – средних лет, в темном плаще и шляпе, скрывавшей лицо.

– Садитесь, лорд Ампили, – сказала она и опустилась на один из стульев.

Он быстро сел. Двое гвардейцев уже направлялись к выходу.

– Кто вы? – опять спросил он.

– Никто. Молчите!

Дверь с тихим щелчком закрылась. Лорд отметил, что петли недавно хорошенько смазали. Женщина продолжала смотреть в сторону, неподвижная, как статуя. Ампили пробирала холодная дрожь, и он от всей души пожалел, что, находясь в мужской комнате, не догадался воспользоваться моментом.