Едва Лесли успела положить трубку на аппарат, как тот же портье вернулся, чтобы забрать ее и багаж. Следуя по коридору за человеком в черно-серебряной форме, Лесли нахмурилась, когда они миновали тупик, где располагались лифты для гостей. Скрывая свое замешательство, она шествовала за ним, размышляя, куда же, черт возьми, он ее ведет.

Портье направился к маленькому, почти незаметному лифту в конце небольшого холла в стороне от главного коридора. Лесли начала догадываться о том, что ей следует ожидать, когда она вошла в небольшой лифт. Простой черный телефон, висящий на его стене, укрепил ее подозрения.

Лифт мягко остановился, двери бесшумно открылись, и Лесли проследовала за портье по роскошному ковру к алой двери, по обеим сторонам которой стояли высокие черно-серебряные вазы. Вставив маленькую пластмассовую карточку в щель на двери, портье отступил назад, жестом предложив ей войти. С растущим, но скрываемым беспокойством Лесли переступила порог широкого холла, который, как она теперь была убеждена, представлял собой часть квартиры Флинта Фэлкона.

Слово «квартира» едва ли соответствовало этим апартаментам. У нее перехватило дыхание, когда ее широко раскрытым глазам предстала стена из стекла, расположенная напротив входа. Панорама неба и океана казалась бескрайней, и этот вид волновал и пугал. Обстановка в духе самого Флинта Фэлкона, заметила она про себя. Ее взгляд ненадолго оторвался от окна и обвел лакированные столы и дорогую обивку.

— Не будете ли вы так любезны следовать за мной? — спросил портье, выводя Лесли из ее задумчивости.

Она холодно кивнула, и он пересек три широкие ступени, ведущие в гостиную, и направился к витой лестнице с красивыми металлическими перилами, которая вела на второй этаж.

Поднимаясь по лестнице, Лесли ощутила, что мышцы ее живота сводит все больше и больше. Увидев комнату, в которую проводил ее портье, Лесли с облегчением вздохнула, облизнув пересохшие губы. Она была просторной, в приглушенных красных тонах, а отделка напоминала старинную позолоту. Совершенно очевидно, что комната предназначалась для гостей. Намеренно заставляя себя не спешить, Лесли осмотрела холлы и роскошные, примыкающие к ним ванные комнаты, которые предупредительно показал ей портье, прежде чем уйти, с улыбкой отказавшись от чаевых.

Оставшись наконец одна, Лесли неподвижно застыла в центре комнаты. Ее задумчивый взгляд медленно скользил по отделанной золотом, белой мебели к двуспальной, покрытой шифоновым покрывалом, кровати-канапе. Она вспомнила, как несколько часов назад сделала Мэри свое легкомысленное заявление.

Да, Флинт Фэлкон высокий, темноволосый и красивый, но неужели она серьезно думает о романе с ним? Лесли подавила дрожь предвкушения. Этот мужчина опасен, напомнила она себе, это акула, которая будет довольно ухмыляться, откусывая большие куски ее самоуверенности.

В ее воображении вспыхнула белозубая улыбка Фэлкона, и восхитительный трепет прошел по нервным окончаниям Лесли. Сексапильность Флинта обещала многое… Лесли ощущала ее воздействие в самых интимных частях своего тела. Губы ее горели, грудь покалывало от возбуждения, внутри что-то таяло.

Это было безумно и нелепо, но Лесли была вынуждена признать, что в эту самую минуту она желала Флинта Фэлкона, и никаких сомнений здесь быть не могло. Дрожь прошла по ее телу, внезапно нахлынула слабость. Прерывисто дыша, Лесли прошла к краю обтянутой шифоном постели и с благодарностью присела на краешек матраса.

В замешательстве от своих будоражащих мыслей Лесли устремила свой невидящий взгляд на богатую отделку комнаты. Сейчас это не имело для нее значения, она просто не замечала ее. Взгляд Лесли был устремлен внутрь себя: она видела тридцатисемилетнюю зрелую женщину, уверенную в себе, добившуюся успеха на выбранном ею пути и жаждущую незнакомого мужчину, которого она встретила меньше двух часов назад.