В просторной кабине, где свободно могли разместиться три человека, сидел молодой шофер Саша Гаврилов и сосредоточенно смотрел на экран портативного телевизора. Сквозь приоткрытое окно кабины до Ивана доносились пронзительные звуки рока.

Репортер забарабанил пальцами по стеклу. Саша повернул голову, улыбнулся и жестом пригласил пассажира в кабину. Путь предстоял не очень далекий - десятка полтора километров по Можайскому шоссе.

...Когда накануне Гранитов сказал, что испытания предстоят на Можайском шоссе, Иван ушам своим не поверил. Столько стремиться туда - и вот случай, как будто специально, забрасывает его в нужное место!..

Иван с комфортом устроился в кабине.

- А где же Гранитов? - спросил он.

- Подъедет на своем "Жигуленке" прямо на место, - сказал Саша.

На экране телевизора в волнах рока метался парень с гитарой. У него были длинные голубые волосы. Певец-танцор издавал нечленораздельные звуки.

Огромный автобус завелся почти беззвучно. Саша мягко тронул с места и не спеша поехал по улице, которая вела от станции к Можайке. Голубые ели с барельефом Пушкина остались позади. "Почему я никогда не видел снимков этого барельефа и этих голубых елей? - подумал Иван, поправляя на коленях портативную видеокамеру. - А ведь можно было и сейчас отснять небольшой сюжет..."

Через километр с небольшим Саша подъехал к Можайскому шоссе и, пропустив транспорт, шедший в перпендикулярном направлении, повернул налево. Миновали железнодорожный переезд. Автобус плавно катил мимо сосновых рощ и болот, вдоль хозяйственных построек и парников, наполовину скрытых железобетонным забором.

На экране телевизора носилось несколько пестро одетых юнцов. Саша убрал звук, и теперь казалось, будто в руках у жрецов рока вовсе не микрофоны, а порции мороженого "эскимо" в шоколаде, которое они с жадностью поедают...

На следующем переезде чувствительно тряхнуло. Узкоколейка ушла влево, в чащу елей.

- Скоро? - спросил Иван.

- Да уж почти на месте.

Саша внимательно следил за километровыми столбами.

- Два километра осталось, - уточнил он.

Автобус обходили стремительные "Жигули". Растрепанные ребята на телеэкране делали под рок-музыку стойку на голове.

Прошло еще несколько минут, и Саша притормозил у километрового столба с цифрой 61.

Иван от неожиданности лишился дара речи. Потом стал озираться, пытаясь узнать знакомые когда-то места.

Саша вопросительно взглянул на него.

- В прошлые года, не слишком давно, - начал Иван, - на этом самом месте мы собирали белые грибы корзинами...

Саша улыбнулся.

- А я вспоминаю, как ездил за опятами в Теплый Стан, - в тон репортеру сказал он, - а сейчас это Москва, и туда можно добраться на метро.

И тут же вдруг нахмурился:

- А теперь в Подмосковье другие урожаи созрели - черт ногу сломит...

Они вышли из кабины и остановились на краю кювета. Лес перед ними высился молчаливый и загадочный. С виду - лес как лес, но что-то в нем было не так... И ветви, и верхушки у деревьев были с виду нормальные, но чувствовалась в нем какая-то бесприютность. Что-то настораживало Ивана и вызывало у него чувство тревоги.

- Давай пройдемся, пока Гранитов не подъехал, - предложил Иван.

Они двинулись через кювет к ближним елям.

Ноги их путались в высокой траве. Уже за первым рядом елочных посадок обнаружилось то, ради чего была затеяна вся эта экспедиция. Проржавевшие консервные банки, полуистлевшие пружинные матрацы, мотки колючей проволоки, заплесневевшая кухонная утварь и остатки каких-то неопределенных предметов заполняли весь подлесок.