— Эван, я не понимаю, что происходит…

— А что здесь понимать? Аманда просто ревнует.

— Для ревности должен быть повод. Скажи… между вами что-то было? — спросила она, чувствуя, как замерло ее сердце.

— Клянусь, ничего… Ты мне веришь?

Но у нее перед глазами всплыл эпизод в кокосовой роще. А что, если он лжет? Что, если он все-таки был в кокосовой роще с Амандой? Но неужели он способен на такое коварство?

Она набралась мужества и заглянула ему в глаза.

— Она хотела, чтобы было. Но ничего не было, — жестко ответил он.

— А почему ты не сказал мне об этом раньше?

Он пнул ногой песок.

— Черт! А почему я должен говорить о том, чего не было?

И правда, почему? Что странного в том, что он нравится женщинам? Что странного в том, что женщины хотят его? Разве в этом его вина? Разве это повод, чтобы не доверять ему?

Она облегченно вздохнула и потянулась к его руке.

— Прости меня. Давай забудем об этом и… поедем кататься.

Они проехали вдоль побережья до границы Гоа с Кералой, останавливаясь по пути в деревеньках, чтобы искупаться в океане, распить по бутылке прохладительных напитков или посетить приглянувшуюся церквушку. В Калангут вернулись в десять вечера: уставшие, счастливые, веселые.

Эван остановил мотоцикл у отеля, и Лесли соскочила на землю. И вдруг пошатнулась.

— Черт, я, кажется, опьянела, — сказала она и попыталась сделать несколько шагов. Ноги продолжали заплетаться. Она расхохоталась. — Эван, я пьяная… — проговорила она пьяным голосом и, качаясь, побрела ко входу в отель.

Но не успела дойти до дверей, как оказалась у него на руках.

— Придется донести пьяную леди до ее номера, — сказал он.

Она обхватила руками его шею и заболтала ногами.

— Пияная лед-ди хочет дом-мой, — потребовала она и снова залилась смехом. Но вдруг опомнилась: черт, они перед входом в приличный отель! Что они вытворяют? — Эван, я пошутила, — тихо добавила она. — Опусти меня на землю.

— А что, если ты свалишься с ног?

— Не свалюсь. Я пошутила. Отпусти…

Он рассмеялся.

— А что, если мне понравилась твоя шутка?

— Эван, это уже не шутка, — испугалась она. — Люди…

Но было поздно. Он толкнул коленом стеклянную дверь и внес ее в фойе. Головы всех, кто был в фойе, разом повернулись в их сторону. Лесли поймала на себе взгляды Колина и Сэма, сидящих в креслах. Они улыбнулись и подмигнули ей. Потом она заметила Молли и наконец — вытянувшееся лицо Аманды.

Эван остановился посреди фойе и вдруг закачался.

— Всем прив-вет! — крикнул он, имитируя голос пьяного. — Не п-пугайтесь, господа! Мы в полном пор-рядке! Пр-равда, Мария? — Он склонил к ней голову и громким шепотом продолжил: — Я ведь предупреждал тебя, дор-ро-гая, не умеешь пить — н-не бер-рись!

Лесли не выдержала и расхохоталась. Шатаясь, он пошел к лестнице. Лесли продолжала хохотать, уткнувшись ему в грудь.

У двери ее номера он остановился. Она наконец перестала хохотать и перешла на хихиканье.

— Ну и шоу ты устроил! Здесь-то можешь уже опустить меня?

— М-молчи, женщина. Р-рыцарь я или не р-рыцарь? — продолжал дурачиться он. — Или ты р-решила, что я могу бросить даму на полпути? Лучше найди свой ключ.

Она поняла, что возражать бесполезно, полезла в рюкзак, нашла ключ и, вися у него на руках, открыла дверь. Он внес ее в комнату, включил свет, захлопнул ногой дверь и бросил ее на кровать.