— Да, — со вздохом ответила Самсут. — И вообще на Кипре впервые, — добавила она, едва удержавшись, чтобы не признаться, что и за границей тоже только второй раз.

— Пафос — это наша древняя столица, и вы правильно сделали, что начали знакомство с островом именно отсюда. Здесь дышит еще Рим. Вы уже были в Одеоне и на Агоре? Нет? Обязательно посмотрите — впечатляет даже нас, киприотов, которых ничем не удивишь.

— Спасибо, обязательно постараюсь посмотреть, — обрадовалась Самсут, всегда питавшая тайную страсть к римской истории.

— А еще, — хитро улыбнулся парень, — именно у нас находится место, где вышла на берег из морской пены богиня любви и красоты Афродита.

«Начинается, — испугалась Самсут. — И зачем я все-таки села? Как это про профессора Плейшнера, „пьяный воздух свободы делал свое дело“?»

— Да-да, я догадалась, у нее ведь есть еще имя Киприда, — поддакнула она.

— Верно, а еще — Каллипига, — усмехнулся парень.

— Калли?.. — неуверенно попробовала повторить Самсут.

— Каллипига, Каллипига, — со смехом повторил шофер, — что в переводе с греческого означает Прекраснозадая.

Самсут смутилась еще больше. Опасения ее начинали принимать определенную форму. Парень же с наслаждением полюбовался произведенным эффектом, выдержал некоторую паузу и вновь заговорил:

— Родилась тут у нас и еще одна известная дева, которой я не советовал бы вам уподобляться, хотя она и была очень красивой, прямо как вы. Звали ее Анаксарета. Не слышали о такой?

— Нет. А чем она знаменита?

— Своей необыкновенной красотой. Влюбился в нее бедный юноша Ифий, а гордая красавица только смеялась над всеми его мольбами и слезами. И бедный юноша повесился прямо у ее дверей. Но она и тогда только смеялась и, с улыбкой глядя в окно, провожала похоронную процессию. За это Афродита прогневалась на нее, коснулась своей божественной рукой и навсегда превратила в каменную статую. Она и по сей день стоит, скрестив руки на груди, и улыбается.

— Какая печальная история.

— Конечно. А если вы и в самом деле в первый раз в этих краях, то я позволю себе дать вам еще несколько полезных советов.

— О, конечно, конечно! Я буду очень вам за это признательна.

— Если сильно проголодались, то не берите мезе, а то все равно все не съедите, а деньги потратите. Лучше попробуйте муссаку и хориатики.

— А я уже брала мезе, — печально призналась Самсут, вспоминая, что съела всего чуть-чуть из того, что ей принесли, будто она не человек, а Робин-Бобин.

— Понятно, — усмехнулся парень. — Мезе ведь не блюдо, а целое меню. Вам могут принести понемножку вообще все, что есть в ресторане.

— Надо же, а я и не знала, — вздохнула Самсут.

— Не расстраивайтесь. Вечером зайдите в какое-нибудь кафе. Здесь обычно посетителям, зашедшим впервые, выставляют от заведения бесплатную бутылочку вина. Вы обязательно попробуйте местное вино. Согласно преданию, царь Соломон уподоблял его поцелую женщины.

— Да что вы говорите! — удивилась Самсут, уже не зная, как вести себя при этих настойчивых намеках на тему плотской любви. И, чтобы сменить тему, спросила о сувенирах.

— Сначала лучше увидеть как можно больше предметов искусства в музеях, а уж потом искать сувениры, которые продают на рынках. Там бывают действительно хорошие вещи… Ну, вот мы и приехали. Это точно ваш отель?

— Точно он, спасибо.

— Желаю вам выйти из здешней пены новой Афродитой, вы тоже красивая женщина.