– Ну уж нет! – взревел он, когда она принялась осыпать его градом кулачных ударов. – На этот раз у тебя ничего не выйдет!

Швырнув Дженни на спину, он уселся на нее верхом – только теперь не на бедра, а на грудную клетку – и прижал ее предплечья коленями к матрасу. Кисти и пальцы рук за головой Дженни почти сразу же онемели, утратив силу. Попытки сбросить Кристиана не увенчались успехом. Постепенно она перестала молотить ногами воздух. На прокушенной губе выступила капелька крови. Глаза ее метнули в пространство безумный невидящий взгляд и наконец закрылись. Прошло несколько звенящих от напряжения минут, прежде чем миссис Брендивайн решилась заговорить.

– Мистер Маршалл, – тихо сказала она, – вы ее победили.

Кристиан испустил долгий вздох и медленно кивнул. Он повернулся к экономке:

– С вами все в порядке?

– Да, – поспешно заверила она.

Он внимательно оглядел пожилую женщину и успокоился, увидев, что она говорит правду.

– Я боялся, что она сделает вам больно.

Она помотала головой:

– Только немножко толкнула. Не волнуйтесь, со мной все в порядке.

– Я сам ее раздену, – сказал Кристиан, – даже не пытайтесь помогать, это опасно, – он отрывисто кивнул в сторону кровати, указывая на Дженни, – она совершенно непредсказуема.

С кровати донеслось легкое всхлипывание. Кристиан резко повернулся, а миссис Брендивайн выглянула из-за его плеча. Дженни уже сидела в постели, подтянув колени к груди и вжавшись прямой застывшей спиной в темную спинку кровати. Она обводила растерянно-смущенным взглядом их, комнату и, наконец, самое себя.

– Это опять случилось, да? – сипло спросила Дженни, обращаясь больше к себе, чем к своим внимательным слушателям. Она перебирала пальцами мокрые рукава ночной сорочки и часто моргала, сдерживая грозившие пролиться слезы. – Наверное, они все-таки были правы. Должно быть, я действительно сумасшедшая… Я не могу даже…

Кристиан и миссис Брендивайн подались вперед, силясь расслышать слова Дженни. Но голос ее становился все глуше, а вскоре совсем умолк, и они уже не могли распознать ее мысли. Вдруг как будто силы оставили Дженни. Ее тело безжизненно обмякло, и она повалилась на бок, лицом вниз. Лишь по ее плечам, время от времени сотрясавшимся от судорог, можно было догадаться, что она плачет. Чтобы не разрыдаться в голос, Дженни стискивала в зубах уголок подушки.

– Бедняжка, – сочувственно пробормотала миссис Брендивайн. – Можно, я подойду к ней, Кристиан?

Он кивнул и отступил назад.

– Постарайтесь уговорить ее переодеться в сухую ночную сорочку, а я пока приберусь.

Миссис Брендивайн склонилась над Дженни, и Кристиан закрыл уши, чтобы не слышать ее ласкового воркования. Он оттащил в туалетную комнату наполовину пустую ванну, сам переоделся в сухое и вытер пол полотенцами, которые не понадобились Дженни.

– Она может переночевать здесь, – сказал он, растянувшись на диване после того, как вытащил из своих ступней осколки. – В других комнатах не готова постель и нетоплено.

– А где ляжете вы? – спросила миссис Брендивайн. Она сидела на кровати, положив голову Дженни себе на колени, и нежно поглаживала ее по волосам и щеке. Глаза девушки были закрыты, из слегка раскрывшихся губ вырывалось ровное дыхание.

– Здесь, – ответил он, похлопав по диванной подушке. Миссис Брендивайн с сомнением взглянула на босые ноги Кристиана, свесившиеся с края дивана.

– Вам будет неудобно.