Пять ударов сердца и я уже вижу трёх своих воинов, лежащих на земле, залитых кровью. За ними стоит ещё один, в стойке с поднятым мечом у узкой расщелины в каменном зубце. Звон стали и воина уносит спиной вперёд, он падает на землю в десяти шагах от расщелины. В этом зубце, что, пещера?

Тень, которая не отстала от меня, шипит:

— Вор.

Мой меч рассекает воздух, с синей стали срывается Дождь клинков, сжатый до предела. Сотни призрачных лезвий молотят по расщелине и вокруг неё, высекая из камня искры.

Шаг и я уже возле неё. Не такая уж она и узкая, вдвое шире, чем мои плечи. Впереди сумрак, но он не помеха моим глазам даже после дневного света.

Закованная в сталь фигура, от которой мчится на меня серая пелена.

Устрашение?

Оно не действует на меня, я лишь наклоняю голову, словно пробивая его. Здесь и впрямь немалая пещера. Скала словно выедена изнутри.

Тень снова шипит:

— Жалкий вор. Господин, убейте его!

Сзади вдруг раздаётся полный боли голос кого-то из воинов. Боли и страха, ведь Устрашение Кровавых воинов не действует только на меня:

— Г-господин!

Я командую:

— Прочь! Не смейте даже подходить. Гаэкуджу Визира сюда!

Закованная в сталь фигура склоняет голову к плечу:

— Интересно. Ты настолько силён, что даже не заметил моего умения? Или настолько трус, что прирос к месту?

Мгновение я оглядываю врага. Странный шлем с рогами, да и личина больше похожа на морду зверя. Вновь сплошная шипастая сталь по всему телу, в руке короткое и толстое копьё, а не меч. Всё, как я и думал. Простолюдин, который так и не получил умений настоящего идара, несмотря на всю кровь, что поглотил за эти десятки лет. Или сотни?

Предлагаю:

— Проверь.

И едва успеваю вскинуть меч, отбивая выпад Кровавого. Отбиваю и делаю ещё шаг вперёд. Навстречу копью.

Нельзя позволить ему выйти из этой пещеры. Совершенно не уверен, что окажусь быстрей его. Он может просто убить всех моих людей и забрать их кровь, становясь ещё сильней.

Всё словно повторялось.

Когда-то, месяцы назад, я уже стоял в темноте, наблюдая, как закованная в сталь фигура яростно сражается с идаром, которому не хватает времени на умения меча.

Только в этот раз на месте того идара оказался я.

Правда и я уже не был беспомощным, не прошедшим посвящения наследником Малого дома.

И был так же быстр, как и Кровавый воин, каждый выпад его копья встречая ударом меча.

При каждом моём ударе со стали клинка срывался его образ, врезался в Кровавого, высекая искры из его доспехов, ища в них слабость.

Копьё — оружие простолюдинов. Суть идаров — это меч.

Как бы ни был быстр Кровавый, но его копьё так и не могло пробить завесы моего меча. А вот я в каждый новый удар вкладывал всё больше огня души. И наконец мой призрачный клинок сумел пробить его доспех.

Кровавый отпрыгнул, вскинул руку к шее. Его окованные сталью пальцы на миг окрасились алым, а затем кровь впиталась. Странно. Он что, поглотил её сквозь металл?

Кровавый воин поднимает на меня глаза и со злостью шипит:

— Ах ты сосунок. Пора бы тебе умереть.

Он вскидывает свободную руку, сжимая её в кулак, я, не понимая, что происходит, торопясь воспользоваться его заминкой, вскидываю меч, рассекая воздух первым движением умений моего Дома.

Мне нужен Ветер ледяных осколков!

Темнота вокруг вдруг сгущается, впервые в моей жизни становясь непроницаемой для меня, окутывает меня покрывалом, за которым я ничего не вижу. Не вижу своего врага. Не вижу, куда и как уходит мой удар.

Сотни призрачных ледяных клинков проваливаются во тьму бесследно. Я слышу лишь как они молотят по камню. Но не слышу звука удара по стали доспехов Кровавого.

А затем тени многоголосо хрипят:

— Жалкий вор смеет использовать это на господине?!

И тьма расступается.