– Что ты тут делаешь? – потребовала она.

– Ты пришла в мой мир, чтобы убить всё живое, и ты ещё спрашиваешь, что я здесь делаю? Какого чёрта ты здесь делаешь?

Меда не удостоила мой вопрос ответом – по крайней мере, словесным. Её ответ был менее цивилизованным. Она выпустила в меня очередной заряд магии. Этот я тоже отразила. Когда я отбила и следующую атаку, она ринулась на меня, высоко подняв копье. Она двигалась так быстро, что я едва успела вскинуть меч. Наше оружие лязгнуло, и нас осыпало снопом искр.

Проклятье. Меда тоже вооружилась бессмертным артефактом. Это не такое бессмертное оружие, которым управляла я, не такое, которым можно управлять лишь со светлой и темной магией. Её оружие было обычным, им могло пользоваться любое божество.

При нормальных обстоятельствах мои четыре бессмертных артефакта явно превзошли бы её одно оружие, но это не нормальная ситуация. Меда питалась от сети Магитека на всей Земле. Она придавала ей чертовски мощный прилив силы.

Пока мы сражались, паутина Меды продолжала расширяться. Вскоре она поглотит город, убив всех в нём. Оттуда оно двинется на остальной мир. Я должна это остановить. Я должна остановить Меду.

Я сумела нанести удар и сбила застёжку, которая удерживала плащ Меды. Паутина, трепетавшая от ветра и молний, унесла серебристо белое полотно шёлка. Без плаща шея Меда оказалась открытой, но не обнажённой. На её шее пульсировал ошейник.

– Контролирующий ошейник, – я уставилась на неё, широко раскрыв глаза. – Всё это не твоих рук дело. Тебя контролируют, – эти слова царапали моё горло. – Совсем как зверей.

Меда не обратилась против богов. Стражи поработили её разум. А если ошейники Стражей могли контролировать бога, они могли контролировать кого угодно.

Глава 31

Дети Бессмертных

– Немедленно отпустите разум Меды, – сказала я Меде, зная, что это услышат Стражи, дёргавшие за её ниточки.

– Всему своё время, – она расхохоталась, и её голос звучал сурово и ужасно. – После того, как Богиня Колдовства выполнит своё предназначение.

– Что за… – я умолкла, когда грандиозный план Стражей, наконец, сделался очевидным. – Ошейники никогда не сводились к контролю монстров. Это всего лишь тест. Дело в людях – точнее, в богах. Вы использовали исследовательские эксперименты Меды и архангела Осириса Уордбрейкера, чтобы адаптировать вашу магическую формулу. Затем вы добавили это зелье в контролирующий ошейник, который купили у Дома Левиафан, – я уставилась через глаза Меды на Стражей, стоявших за этим. – Ваш план – использовать ошейники, чтобы контролировать богов и демонов, – я обдумала мысль, пытаясь понять, почему Стражи этого хотели. – Вы используете Меду, чтобы устроить на Земле разруху, потому что… – Зачем? – Потому что вы хотите обратить людей против богов, чтобы ослабить их. Вера людей подпитывает силу богов.

– Но теперь уже нет, – презрительно процедила Меда. – Боги и демоны, любимые дети Бессмертных, достойные преемники, наконец то будут служить нам.

Любимые дети Бессмертных? Достойные преемники? Что она имела в виду?

– Боги и демоны будут служить нам, – она продолжала разглагольствовать вдохновенным, торжествующим тоном. – Они будут служить нам так же, как мы были вынуждены тысячелетиями служить Бессмертным. Слишком долго эти избранные, любимые воины Бессмертных стояли превыше нас. Но теперь уже нет. Мы меняем правила игры.

Похоже, между Стражами и Бессмертными, богами и демонами имелась долгая и запутанная история. Арина рассказывала мне, что Стражи предали Бессмертных, и это привело к падению последних, но я больше ничего не знала. Боги и демоны, должно быть, поднялись и заполнили образовавшееся вакантное место у власти, и как «дети» Бессмертных, они дрались за миры, как обычные дети дерутся за игрушки.