– Совершенно бестолковый рисунок, – Олег критически посмотрел на кремовых голубков. – Может это всё и вкусно, но голубки… купечеством попахивает.

– Фи, какой ты! Нет в тебе романтизму! – Марина сделала губки бантиком и потупила глазки. – Это же так романтично – голубки, розочки, сердечки, стрелочки! Сюда бы ещё парочку амурчиков.

– С голыми попками.

– А хоть бы и так.

– Не поместятся. Попки у них, обычно, толстенькие, а тортик маленький.

Марина первая поднялась из-за стола, взяла тарелку с тортом и направилась в комнату. Олегу ничего не оставалось делать, как идти следом. Здесь было довольно прохладно. Шторы были задернуты и шевелились от слабого ветерка. Олег блаженно растянулся на разложенном диване. Марина села рядом, поджав ноги по-турецки. Только кормить она Олега начала не с ложечки, а с пальца. Раз облизывала палец с кремом сама, другой давала его облизать Олегу. Обычно, когда она вытворяла подобные штучки с пальцами, на нем штаны трещать начинали. Сегодняшний день исключением не был. По-видимому, Марине стало немного лучше, раз у неё было такое игривое настроение. Она от всей души намазала его губы кремом и начала его слизывать. У Олега не то что штаны затрещали, а всё начало расплываться перед глазами. Он предпринял последнюю попытку вернуться к делам насущным.

– Мариночка, ты не сказала, как себя чувствуешь, – спросил Олег, пока она в очередной раз набирала на палец крем.

– А ты как? – она низко склонилась и всё так же лукаво посмотрела на мужа.

– Как я могу себя чувствовать в подобном положении, да ещё и когда ты со мной такие штучки откалываешь? Солнышко, не хулигань, побудь секундочку серьёзной, – попросил Олег.

– Не хочу, – она снова намазала его губы кремом и начала крем слизывать.

– Мариночка, перестань, давай поговорим! – взмолился Олег.

– Тебе что, плохо? – она на какое-то мгновение прекратила своё занятие.

– Плохо?! Да я сейчас просто отключусь и уже ни о чем серьёзном думать не смогу! Я же пытаюсь, пока ещё чуть-чуть голова работает, узнать, как ты себя чувствуешь! Ещё пара секунд и меня интересовать не будет ничего, кроме того, как стащить с тебя трусишки!

– Ах ты, шалунишка! – Марина облизала губки кончиком языка. – Одно у тебя, муженек, на уме! Который день один и тот же вопрос слышу!

– Ты хочешь сказать, что тебе лучше? – уточнил Олег.

– Ни фига! – Марина просто сияла улыбкой. – А вот ты вовремя из медицинского института ушел. Не вышло бы из тебя доктора!

– Это почему же? – удивился он.

– А потому! Кроме того, ты ещё и маленький врунишка! – она снова отправила палец в крем.

– Душа моя, да когда же я тебя обманул? – снова удивился Олег.

– А тогда, – она снова отправила палец с кремом ему в рот, – когда сказал, что знаешь, откуда берутся дети. Учился я, мол, в медицинском, ну и так далее… Забыл?

– Нет. А при чем здесь медицинский, дети и… – он растерялся.

– А при токсикозе! – перебила его Марина и рассмеялась. – Балбес! Двоечником был, признайся честно!

– Токсикозе? – Олег чуть не подпрыгнул. – У тебя токсикоз?!

– Ну да. Самый обычный токсикоз. Доотдыхались мы с вами, Олег Леонидович! – с притворным огорчением вздохнула Марина. – Это всё ваши проделки вечерние с хождением в душ, когда ребенок уснет! Вам, видите ли, нравилось под душем супружницкие обязанности сполнять, и меня к тому же приобчили, воспользовались тем, что я женчина слабая, до вас охочая… Выбрала я сегодня часок, пока вы не трезвонили, сходила к мадамскому доктору.