Отдал ещё несколько распоряжений. Потом поел бульона и почему-то очень устал и пошёл спать…

Сразу затянула самая обычная текучка. Пришлось нанести часть визитов. Пожаловался на плохое своё самочувствие, а те уже сами разнесут по городу. Заехал к Добрынину. Он заверил, что печь с водяным котлом уже делают на казённом заводе. Заехал к Гольтякову. Извинился и пригласил ещё раз в гости. Проверил, как у него идут дела с производством батарей. Дела шли не очень и медленно.

— Надо паровые машины ставить и другие механические станки — попенял ему.

— Так та оно так, но они стоят денег. Да и не всегда их из Англии и Германии дождаться можно — Николай Иванович.

— А вы не ждите, свои стройте. Чего на одних самоварах сидеть? А вот сделаете, и будут и у вас наши купцы покупать — парировал ему. — Вот что вы это за трубы делаете? — смотрю, как рабочие ловко изгибают медный лист в трубу диаметром сантиметров в пятнадцать. Затем загибают и заворачивают края.

— А Вы не обратили разве внимание на улице. Сейчас и трубы и решетки-колосники, и варочные плиты с кругами самый ходовой товар. За ними уже приезжают и из соседних городов. Вы случайно не знаете почему? — хитро так купец.

— Понятие не имею — «отморозился» я. А ведь точно. Печные трубы начали расти как грибы. Это для меня вроде так и должно быть, а для местных это событие. Ну и хорошо, меньше леса сожгут. Меньше замерзать будут, а значить болеть и умирать. Выходит не зря у меня мастера, возле печи толкались.

Чтобы пошить одежду и обувь, мне и не только, пришлось опять разбираться и с сапожником и с моей обворожительной портнихой. Вернее с их рабочими местами. У сапожника Давыдова пришлось ставить свою печь из оставшихся от первого заказа, обложив её кирпичом. Развалили находящийся в доме очаг. Медную трубу выставлять в стенку, при этом стамесками прорубать стену дома. Столкнулся с тем, что нет обычных и так мне привычных свёрл. Вот это дела. А я думал, что их ещё в Древнем Риме изобрели. Ручная дрель была, как не странно, коловорот. Но до современных, явно не дотягивала. А с их перьями-свёрлами можно разве что небольшое отверстие в тонкой доске сделать. Качество металла отвратительное. Пришлось садиться за написание целого сочинения по производству свёрл и нормального коловорота. Добавить туда просьбу сделать увеличенные печи с трубами. После этого уже отправлять Фёдора и Степана в Сукремле, с просьбой всё изготовить и побыстрее. Но с наказом, что сначала привезти пару печей. Печи им уже знакомы. Чуть размер сделают больше и нормально. Попросил прислать и стоимость. Не хочу быть должным Мальцеву. Только потом поеду в Москву.

— Анна Ильинична — попивая горячий чай — печь я вам поставлю, но это полумера. Надо Вам новый дом строить и по-новому, как у меня.

— Я заметила. Какой он у Вас тёплый и светлый, но он маленький — хозяйка.

— Постойте большой.

— Что Вы, что Вы. А где я денег на такой дом возьму. Он ведь не одну тысячу стоить будет — замахала руками хозяйка.

— Этот продадите.

Потом чёрт меня дёрнул, не знаю, за какое место, рассказать о конвейерном производстве одежды. Вот что странно, но у Антоновой были уже две швейные машинки Томаса из Англии. Конечно, эти, уродцы не шли ни в какое сравнение с современными изделиями 21 века и очень медленно, но все-таки шили. Я её убеждал, что надо увеличивать производство. Наладить выпуск ткани и самой.

— Вот ещё шить для мещан и крестьян — фыркнула Анна Ильинична — да ко мне потом ни один порядочный заказчик не придёт. А денег это вообще не принесёт.