– Вряд ли кто-то был так неосторожен, миледи. Если учесть, что здоровых слуг в доме осталось мало, ни у кого из них просто нет времени гулять по городку, а если кто и ходил, то там все закрыто. Не с кем сплетничать.

Имоджен показалось, будто на лице Хадсона под маской появилось неприязненное выражение, хотя с уверенностью она утверждать это не могла. Впрочем, она не осуждала дворецкого: это было оскорбительное обвинение.

– Пусть так. Но кто-то мог бы запросто и в письме написать, – указала леди Джорджина. – Поэтому моя мама еженедельно читала переписку прислуги. Когда Хэмиш унаследовал поместье, я посоветовала ему делать то же самое, но он меня не послушал.

– Бабушка, нельзя читать чужие письма, – ужаснулся Фергюс. – Это вторжение в личную жизнь!

Леди Джорджина тяжко вздохнула. До чего же щепетильна современная молодежь!

– По-твоему, я не вправе? В своем собственном доме? И обыскивать их комнаты я тоже не могу? М-м?

Хадсон и Олли переглянулись. В глазах обоих застыл страх. Тревогу вызывала уже одна мысль, что леди Джорджина читает их письма, но чтобы еще и рыться в вещах… это уж слишком.

– Давайте вернемся к главному вопросу, – вмешался Лолис, испугавшись, что разговор с легкостью может вылиться в очередную перепалку на повышенных тонах. – Сейчас не причину нужно искать. Важно одно: на аукционе мы собрали недостаточно средств, и дом не продан.

– Нужен другой план, – сказал Фергюс, – причем срочно. Три недели пролетят быстро. Мы уже потеряли два предложения, и я сомневаюсь, что «Кливерингз» согласится на еще один аукцион. Лолис, нет ли кого-то еще, с кем можно обсудить продажу дома напрямую, без аукциона?

– Если только расширить поиски, включив в круг потенциальных покупателей американцев… – Он на мгновение умолк и взглянул на леди Джорджину. Та поджала губы. – Боюсь, я исчерпал весь список в своей адресной книге. Нам нужно всего лишь одно приличное предложение.

– А если обратиться к тем, кто купил винокурню? – спросил Фергюс. – Может, они передумали?

– Попытаться, конечно, можно. Но это поставит нас в невыгодное положение. К тому же у меня создалось впечатление, что они приобрели ее в качестве долгосрочного вложения. Но как знать? Я позвоню им завтра утром, если угодно.

Фергюс и леди Джорджина кивнули.

– Что ж, на сегодня все. Мистер Кеттеринг… лорд Драйздейл… вы здесь закончили? – Лолис поднялся, собираясь уходить.

– Да, у меня куплен билет на поезд. Уезжаю сегодня после обеда. – Он мельком посмотрел на Айрис. – Отчет я занесу вам перед отъездом, если это удобно.

Лолис кивнул и ушел вместе с Имоджен. Айрис заметила, как Фергюс смотрит вслед секретарше, и улыбнулась.

– Лорд Драйздейл, – произнес Фергюс, усилием воли заставляя себя отвлечься от собственных мыслей, – вы так долго здесь пробыли, что стали для нас почти членом семьи. Хотя, учитывая экстравагантность нашего семейства, возможно, вам это вовсе не льстит. В любом случае мы очень признательны вам за помощь.

– Не стоит благодарности. – Кеттеринг чуть покраснел, смутившись от такой любезности. – Искренне желаю вам удачи.

Леди Джорджина неспешно поднялась с кресла.

– Счастливого пути. Большое спасибо за вашу квалифицированную помощь. – Она неуверенно протянула ему руку, словно никогда не обменивалась рукопожатием с мужчиной. Мистер Кеттеринг встал и склонил голову, избавив ее от неловкости.