Миссис Макбейн рухнула на скамью в коридоре.

– Никогда не думала, что доживу до этого дня, – произнесла она, вдыхая полной грудью.

Она в шоке, решила кухонная служанка Дейзи, недавно приступившая к работе после болезни. Принесу-ка я ей стакан воды.

Леди Джорджина объявила, что сегодня вечером семья должна присутствовать на ужине в полном составе, как это было заведено. В последний раз, как сентиментально, подумал Фергюс. На самом деле вдовствующая графиня рассчитывала, что за ужином семья спокойнее воспримет печальную новость: формальная обстановка воспрепятствует громкой ссоре, подобной той, что произошла в день аукциона. Или когда обнаружили мастерскую Хэмиша. Или когда было оглашено завещание. Они постоянно скандалили, внезапно осознала леди Джорджина. Может, это и к лучшему, что им придется разъехаться. Будет меньше сплетен в городке. Все как-нибудь образуется.

Леди Джорджина велела Хадсону сервировать стол в строгом соответствии с этикетом. Каждое место было отмечено именной карточкой, что было необычно для семейного ужина. Когда все расселись, то, к своему удивлению, поняли, что по центру сидят не Ангус с Констанцией, а леди Джорджина и Фергюс. Вдовствующая графиня окружила себя своими детьми и постаралась разделить основных скандалистов. Айрис с Огюстом сидели на одном конце стола, а его родители – на противоположном. Подали консоме, и леди Джорджина приготовилась выступить с речью.

Но с чего начать? И что сказать? В последние месяцы легких разговоров не велось, но к этому она была готова меньше всего. Лучше одним рывком содрать пластырь, рассудила леди Джорджина. Она вилкой постучала по бокалу с вином.

– Минуточку внимания. Как многие из вас, наверно, уже слышали, сегодня днем в Лок-Даун приезжал Лолис с очередным предложением о покупке поместья. И мы его приняли.

Стол загудел. Вдовствующая графиня призвала всех к спокойствию и продолжила:

– Однако это не решение всех наших проблем. Да, налоги на наследство и все наши долги будут уплачены, так что от позора мы избавлены. Фамильные драгоценности будут проданы через аукционный дом «Бонэмс», а вырученные деньги поровну поделены между детьми Хэмиша. Включая тебя, Айрис. – Ангус начал возражать, но леди Джорджина просто вскинула руку. – Ангус, прошу тебя. Не надо устраивать скандал, мне и без того трудно говорить. Да, Констанция, я знаю, ты теперь графиня, а именно ей принадлежат драгоценности, но все уже устроено, так что, пожалуйста, не начинай. Элспет, все подарки Хэмиша останутся у тебя, но, боюсь, это все, на что ты можешь рассчитывать. Все остальное в доме отныне принадлежит новым владельцам. – Она отпила из бокала большой глоток вина. – Хадсон, сегодня, возможно, я выпью гораздо больше вина.

– Слушаюсь, миледи. – Дворецкий заново наполнил ее бокал.

– Все? – переспросил Ангус.

– Да, за исключением личных вещей, – объяснил Фергюс. – Мебель, предметы искусства, даже коллекция алебард все это теперь принадлежит новым владельцам. Мы должны освободить дом к концу недели.

Все присутствующие вздрогнули, потрясенные до глубины души. Даже Олли. Он понимал, что упаковывать вещи придется ему. Лакей взглянул на Хадсона: тот кивнул.

– К концу недели? И куда, позвольте спросить, нам деваться? – рассердился Ангус.

– Не знаю, – устало отвечал Фергюс. – Вы с Констанцией, наверно, поселитесь у ее родителей в Эдинбурге. Родители Хью, я уверен, будут счастливы, что в доме опять появятся дети, по крайней мере какое-то время. Бабушке предоставляется коттедж на территории поместья. Я остаюсь управляющим.

– Управляющим? И что это значит? – уточнила Белла.

– Лок-Даун станет гостиницей.

Все в один голос ахнули. Это не американцы, это гораздо хуже.