Ники кивнула, собираясь расспросить о дневниках поподробнее, но тут Анна тяжело вздохнула и отвернулась. Ее лицо исказила боль, и Ники захотелось протянуть руки и обнять ее, но она сдержалась.

Немного погодя Анна сказала:

— Ужасно потерять ребенка — к этому никто не готов. Родители думают, что умрут первыми, ибо это в порядке вещей… — Голос Анны разносился в вечернем воздухе. Она снова посмотрела вдаль, а потом пробормотала, словно разговаривала сама с собой: — Я всегда считала, что ребенок, дети оправдывают наше бытие, придают смысл самому нашему существованию, нашей жизни.

Ники не могла говорить. Она остро чувствовала печаль, переполнявшую женщину рядом с ней, и глаза ее наполнились слезами. С трудом проглотив комок в горле, она порывисто взяла Анну за руку и крепко сжала.

Когда та наконец обратила свое лицо к Ники, губы ее тронуло некое подобие улыбки, и она произнесла все тем же тихим голосом, что и раньше:

— Я была так рада, когда увидела тебя вместе с тем молодым человеком в Ле-Бо. По правде говоря, у меня от сердца отлегло. Я поняла, что ты оправилась от потери Чарльза. Я думаю, ты не сочтешь за назойливость, если я спрошу, насколько серьезны ваши отношения?

Ники заколебалась, прежде чем ответить, но лишь на краткий миг:

— Не знаю, не уверена, но все может быть. Кли сказал, что любит меня.

— А ты? Что чувствуешь ты?

— Я знакома с ним два года, он мой лучший друг, и он очень дорог мне. Но нашему роману всего несколько недель, и, когда все случилось, я была ужасно удивлена. Так что ответить на ваш вопрос я могу так: наверное, я потихоньку влюбляюсь в него.

— Как я рада слышать это. У меня-то никаких сомнений не возникало по поводу чувств Кли. Уже того, как он смотрел на тебя, было довольно, чтобы понять все. — Анна сжала руку Ники и сказала: — Он тебя обожает.

— Но одной любви не всегда бывает достаточно для удачного брака. Требуется еще много чего, чтобы связать жизнь с другим человеком.

— Совершенно справедливо, — согласилась Анна. — Но вам было так хорошо вдвоем, вы так друг другу подходите, кроме того, у вас общая работа, а это несомненный плюс. — Глядя на Ники, Анна вопросительно подняла светлую бровь.

— Пожалуй. Но с другой стороны, моя карьера может в будущем создать серьезные препятствия, и я…

— Ничто в мире не может заменить хорошего человека, — перебила Анна и тихонько рассмеялась своим мыслям. — Да кто я такая, чтобы говорить об этом? Сама-то я столько лет держала хорошего человека на крючке.

Наклонившись к Ники, она добавила:

— Послушай моего совета, не бери пример с меня. Прыгай, не трусь. Я только сейчас поняла, что мне надо было выйти замуж за Филипа много лет назад. — Она пристально посмотрела на Ники и закончила окрепшим голосом: — Не дай удаче ускользнуть. Хватай ее за хвост. Обеими руками. Живи полной жизнью. Не успеешь оглянуться, как годы пролетят и ты станешь пожилой, а потом старой, и будет поздно. Слишком поздно.

— После тридцати время пускается в галоп. Я это недавно заметила, — сказала Ники.

— И вот еще что, — продолжала Анна. — Не приноси в жертву карьере добрые отношения, из которых может выйти толк. Если же ты поступишь по-другому, то окажешься одинокой. А одиночество, Ники, самая ужасная вещь на свете, поверь мне. Вроде смерти.

Анна облокотилась на балюстраду и обратила свой взор на Саут-Даунс. Никогда еще она не казалась Ники такой прекрасной, как в этот вечер.