Джек привязался к наветренному бакштагу и дотянулся до кормового троса, теперь утроившего свою мощь — тот был туго натянут, но не до предела, даже близко не готовый лопнуть.

— Мистер Хайд, — улыбнувшись беспокойному лейтенанту, сказал он, — стоит бросить лаг. Мы, должно быть, приблизились к одиннадцати узлам.

— Одиннадцать узлов и две сажени, сэр, — пришёл доставленный радостным мичманом ответ.

Лицо юноши сияло, пока он болтаясь пробирался от подветренного борта.

Одиннадцать узлов это прекрасно, но «Медуза» — совсем новый корабль, отличный ходок, как и многие французские суда, и хорошо управляемый. Поверни она от ветра на румб — стала бы двигаться ещё быстрее. С такой скоростью «Ариэль», вероятно, пересечёт курс «француза» к закату, но Джек стал бы гораздо счастливее, если бы смог достичь ещё большего, будь достаточно времени для того, чтобы прошмыгнуть у них перед носом, пересечь фарватер, развернуться через фордевинд, дать два залпа и сбежать.

— Я думаю, мы можем рискнуть, поставив грот-стеньги-стаксель, — сказал он.

Стаксель поставили на место — для того, чтобы поднять его, потребовалось тридцать человек, — и «Ариэль» накренился ещё на семь градусов.

— Как странно наклонён пол, — сказал Ягелло. — Едва удаётся усидеть на стуле. Чем они заняты, как вы считаете?

— Затрудняюсь сказать, — пожал плечами Стивен. — Бытует наводящее уныние мнение, что пассажир абсолютно беспомощен и считается бесполезным грузом, когда бушует буря.

— Капитан обыкновенно спрашивает вашего совета, сэр?— Не всегда, — ответил Стивен.

Дождь перестал. Капитан с канониром осмотрели вооружение шлюпа.

— Дождь на какое-то время утих, — вернувшись на квартердек сказал Джек. — Возможно, доктор желает посмотреть, как обстоят дела на шлюпе? Мистер Роуботем, сбегайте вниз и передайте ему вместе с наилучшими пожеланиями, что мы делаем двенадцать узлов и если он желает это видеть, сейчас самое подходящее время. Вскоре, возможно, начнётся заварушка.

— Наилучшие пожелания от капитана, сэр, — сказал Роуботам. — Мы делаем двенадцать узлов.

Двенадцать, сэр!

— Для чего? — спросил Стивен.

— Чтобы поймать «Медузу», сэр. Она у нас по правой раковине, — ответил Роуботем. — Французский семидесятичетырёхпушечник, сэр, — добавил он, видя, что его не понимают. — И мы надеемся взять их в клещи с помощью «Ясона». «Ясон» отстаёт всего на две мили, но несётся как смерч.

— Бог мой, мы что же, будем драться? — воскликнул Стивен. — Я и понятия не имел!

— Битва? — Ягелло вскочил на ноги, от апатии не осталось и следа. — Можно и я поднимусь?

Охваченные первым диким возбуждением, друзья чуть не улетели прямиком в подветренные шпигаты, а оттуда и в сам Атлантический океан. На их счастье, сильная рука старшины-рулевого за штурвалом знала своё дело, и горе-моряков быстро принайтовили к ютовым леерным стойкам наветренного борта, чтобы не мешались под ногами.

— Я думал, тебе будет интересно взглянуть на позицию, — сказал Джек и перекрывая шум в общих чертах обрисовал ситуацию. — И я думал, что тебе будет интересно взглянуть, на что способно судно, если пустить в ход все уловки.

— Конечно, скорость бешеная, — прокричал Стивен, с его лица стекала пена, — возбуждение от погони... — Он собирался сказать «сродни тому, что испытывал Икар перед своим падением», но поправился, предпочтя другое окончание фразы: — Парящее изящество, которое предвосхищает ужасную опасность — это просто боевой танец орла.

— Корабль великолепен, — сказал Джек.