— Да хоть сейчас. — И попыталась достучаться до молодого рыба: — Одна беда, ты в курсе, что все мои сопровождающие попадают в лечебные палаты императрицы?

— То есть как?

— Сам смотри: чельд Нардо, инкуб Шпунько, амур Донато, полу-лягуш Гассиро…

— Он же выписался. — Возмутился принц, — и уже с вами работает.

— А в палатах все-таки лежал… вот и зелена послала в шестнадцатую провинцию, а он вторые сутки не возвращается, бедолага.

Рыбик сглотнул, но остался на своем: — Плыву с Вами.

— Хорошо. Даю добро. Договаривайся с батей!

Мгновенное перевоплощение принца в рыба и стремительный заплыв в сторону дворца были произведены с такой скоростью, что я и не заметила, как он исчез. Только вода как-то странно всколыхнулась.

— Жакоромородот, — я опустила взгляд на слизня, — а почему Эдваро вызвался?

— Приключения, о Великолепная, ему всегда недостаточно приключений.

— Кажется, он не совсем представляет, на что подписался.

Взгляд сконцентрировался на маленькой светящейся точке, которая, вспыхивая зелеными искорками, плывет куда-то вправо и каждые пять секунд гаснет.

— Чельд подери! Неужели это Вестя…

Это был он… маленький, зелененький, несчастненький Вестериончик размером с младенца.

— Прекрасно! — заявила я, ловя его в нежные объятия над пропастью, к которой господина Соорского неудержимо несло течение. — У меня теперь есть еще и зеленый амурчик.

Скрюченный слизень, крепко удерживающий меня на своем панцире, смешно хрюкнул. А зелен отдышался и только потом громко, но достаточно пискляво, заявил:

— Галя, ты зло!

— С каких пор?

— От рождения.

— И что это значит? — недобро прищурилась я. Спасай таких после этого, вместо тысячи слов благодарности, такая неблагодарность.

— Ничего нового. — Пропищал он в ответ.

— Слушай, ты…!

— Галя, что ты там делаешь? — зов встревоженного, неизвестно откуда взявшегося, Себастьяна оборвал меня на полуслове.

— Я стою, а Жакоромородот страхует. Мы тут зеленую кудряшку поймали. Смотри, какой хорошенький! — обернулась и на вытянутых руках предъявила Вестю.

— Соорский? — недоверчиво переспросил демон, подплывая ближе.

— Он самый! — возвестила я. — Правда, он лапочка, давай мы его себе оставим!

Младенчик с несчастным лицом стал еще меньше. С опозданием вспомнила, что с ним так нельзя. Еще и взгляд Себастьяна сделал свое дело, осознала, опечалилась, согласилась:

— Я — зло. Весть, прости. — Мягко прижала его к груди и попросила слизня нас опустить на кораллы. — Ты с заданием справился?

— А ты к чури поплывешь?

— Уже готовлюсь к отплытию.

Он злорадно улыбнулся и предъявил странный мешочек из черной кожи со словами: — Я справился.

— Здорово. — Передала мешочек демону. — Одно жаль: мельчает моя коалиция, мельчает.

— Галя… — засопел маленький.

— Грустит Галя. Она сейчас собирается и вместе с младшим принцем и его питомцем Цимисом плывет договариваться с чури, потому что супругу Ган отправлять не хочет. — Сыронизировала я. — Опять бедной иномирянке отдуваться.

Мы пешком направились к лечебным палатам Глицинии, слизень медленно ползет сзади.

— Я плыву с вами.