— Зачем вы сюда пришли? — Робби не собирался обсуждать с ней Роксану. — И объясните, чей это ребенок. Он не от меня. И мы оба это знаем.

— Но подумай, как трудно будет доказать твою правоту, дорогой Робби, тем более что в Шотландии полно рыжих мужчин.

— Макензи не хочет платить?

Робби всегда знал, что она не будет хранить ему верность, кроме того, миссис Баррет много лет встречалась с Макензи…

— Завязки от кошелька в руках его женушки, тем более что она богатая наследница.

— И я должен платить за ребенка Йена? Твой супруг, наверное, перестал выдавать тебе деньги на булавки?

— Можно подумать, этот старый скряга понимает, сколько такой женщине, как я, нужно денег. А у тебя их полно, дорогой! Ты и не заметишь потери! А если готов поделиться, я со своей стороны обещаю сказать графине, что произошла ошибка.

— Этого мне от тебя и надо.

— Только не задаром, дорогой.

— Тебе следовало заняться торговлей.

— Или стать адвокатом.

— Йену нравятся апартаменты, которые я тебе подарил? — язвительно осведомился Робби.

— Он находит их очень уютными, и ты не хуже меня знаешь, что для богатого человека эти расходы не больше обычного проигрыша в карты. Бедняжке Йену приходится вымаливать у своей скупой жены каждый шиллинг.

— Мне следовало бы добавить его к списку арендаторов.

— Буду более чем счастлива угодить тебе… любым способом, если желаешь, конечно.

— Не желаю. Послушай, я не собираюсь из-за тебя ссориться с графиней. Иди к Куттсу и объясни, сколько просишь. Но я требую письменного отказа от моего отцовства. Ты сказала, ребенок родится в ноябре? — спросил Робби, оглядывая ее пышную фигуру.

— Я не собираюсь выдавать свои секреты бесплатно, дорогой. Все расскажу позже.

Его связь с миссис Баррет была короткой: самое большее шесть недель, до отъезда в Голландию. Забеременей она от него, живот не мог бы выглядеть таким большим. И он ни за что не стал бы изливаться в столь продажное лоно, знавшее вторжения бесчисленного количества мужчин.

— Передай Йену мои поздравления. Он, должно быть, очень доволен.

— На седьмом небе! Тем более что его жена бесплодна.

— Я желаю, чтобы графине сообщили об этом обмане как можно скорее.

— Боюсь, мой красавчик жеребец, она тебя не послушает. Такова цена, которую ты платишь за свою репутацию распутника!

Улыбка миссис Баррет была открытой и невинной.

— Пошли ей записку. Остальное — мое дело.

— Разумеется, дорогой. А ты скажи адвокату, что мне нужны наличные.

— Скажу. Я очень надеюсь, что ты не испортишь мне жизнь.

— Ну… будь ты благочестивым священником, кто бы мне поверил? Так что, дорогой Робби, ты сам испортил себе жизнь.

— Надеюсь, что нет, — тихо бросил он. — А если все окажется хуже некуда, я могу прийти и потребовать фунт твоей плоти.