Беда…

– Стоя я я ять!

* * *

Сейчас в спальне Ольги Апраксиной собралась такая толпа народа, что во избежание духоты пришлось открыть настежь все окна и двери.

– Оля Оля Оля! – на репите повторял Роман Романович, но так и не решался взять жену за руку, которая множилась на десятки беспокойных фантомов. – Оля, очнись!

Дочери провидицы, – Лиза и Соня, – стояли чуть в стороне. София Романовна беззвучно плакала, а вот в глазах у младшей сейчас полыхал пожар. Лиза злилась на саму себя за то, что никак не может помочь матери.

Невестки Ольги колдовали изо всех сил, но на сей раз приступ и впрямь был сильнее. В разы сильнее. Если в прошлый раз её удалось угомонить и даже усыпить, то сейчас призраки, на которые распадалась Апраксина, даже не замечали какого то внешнего воздействия.

Сотни рук.

Сотни ног.

Сотни полупрозрачных голов.

Но вот что любопытно: во время первого приступа каждая призрачная Ольга несла свою собственную пророческую околесицу, а вот сегодня гомон сотен голосов иногда сливался в хор. Ненадолго, но с изрядной периодичностью. Все Ольги Апраксины вдруг разом говорили одну, будто бы заученную фразу, а затем снова начинали голосить кто во что горазд.

А фразы эти каждый раз были так или иначе связаны с…

– Р Р Р Ромочка чка чка чка, – постепенно синхронизировались голоса. – Иди со спокойным сердцем, я тебя отпускаю…

– Пап, о чём она говорит? – в какой то момент не выдержала Лиза.

– Да я понятия не имею о чём!

– Точно?

– Да точно! – заорал Роман Романович. – Точно, Лиз! Ни малейшего понятия не имею!

– Пап, ты же понимаешь…

– Да понимаю я всё! – Роман Романович и без того был, мягко говоря, эмоционально нестабилен, а тут и вовсе взбесился. – Ты думаешь, что это как то связано со мной⁉ Ты думаешь, что я могу вот так вот мучать собственную жену⁉ Такой я, думаешь, человек⁉

– Нет, я так не думаю, – спокойно ответила дочь. – Просто иногда некоторые твои необдуманные действия и всякие секретики…

– Да нет у меня никаких секретиков! И не смей валить всё это на меня! Я правда не понимаю о чём она сейчас говорит! – Роман Романович отвернулся от Лизы и шёпотом, так чтобы его никто не услышал, со злостью добавил: – Секретики… Демоница херова…

– Ты заслужил, – тем временем продолжала Ольга. – Ты хороший, Ромочка. Ты заслужил новую жизнь. Я отпускаю тебя, иди со спокойным…

– А а а а аа ай! – не в силах смотреть на жену в таком состоянии, что есть мочи заорал Роман Романович. – Да сделайте вы уже что нибудь! Хоть кто нибудь! Хоть что нибудь!

– Они стараются, – сказал брат Сык. – Правда стараются.

– … ты заслужил новую жизнь, Ромочка. Иди…

* * *

Так…

По правде говоря, я никогда не замечал за Лёхой трусости. Да, иногда его перещёлкивало и он входил в так называемый режим «Слабоумия и Отваги», да ещё чудил порой… но чтобы испугаться трёх каких то солдафонов после всего того, что мы уже пережили?

Нет, брат явно что то задумал. Вот только как бы его задумки сейчас не вышли нам боком.

– Солдат! – рявкнул ближайший ко мне боец ВСЁ. – Какого чёрта ты тут делаешь⁉ И где твои знаки различия⁉

Чёрт…

А знаков отличия то у меня и правда нет. Ясен хрен, что я сейчас не с голыми плечами стою, но всё равно – для местных отсутствие погон бросается в глаза. А знаете, что ещё прекрасно бросается в глаза? Струя из Марианской впадины!

В целом, я уже готов был разрезать ребят струёй воды или просто напросто скинуть с дирижабля, распахнув портал прямо у них под ногами, но тут…

Тут из за угла вышел Лёха.