— Пока не знаю. Но обязательно это выясню! — сказал он.

— Может, он хочет получить награду? — предположил майор.

— Возможно, — вздохнул Шульц. — Но верится с трудом. После нашей победы он и так мог бы иметь все, что пожелает.

Бергманн нервно пригладил остатки волос, тщетно пытаясь прикрыть ими намечающуюся лысину.

— Хоть операция и прошла успешно, до окончательной победы еще далеко, — заметил он.

— Вы правы, — согласился Шульц. — Победу будем праздновать, когда остатки ангалонской знати либо покорятся нам, либо будут уничтожены.

— Чтобы дворяне признали нашу власть, все законные наследники Фьораванти должны быть мертвы. Иначе они будут сеять смуту, козыряя своими правами на трон.

Генерал резко повернулся к майору.

— Вот именно! Поэтому немедленно разыщите Себастьяна и доставьте его мне — живым, или мертвым! Кернхарда и девки это тоже касается. Прикажите вашим людям прочесать город и порт! Перекройте все выезды! Пошлите гонцов в другие города и на граничные заставы! Не дайте им уйти!

— Есть, ваше благородие! — отчеканил Бергманн.

— Расклейте объявления о розыске! Предложите пятьсот, нет, лучше тысячу золотых за их головы.

— Будет сделано!

Шульц на несколько секунд задумался.

— Кернхарда в объявлении не упоминайте, — велел он. — Дадим ему шанс самому выдать нам беглецов.

— Мы должны схватить его, если он объявится? — прищурил крысиные глазки майор.

— Разумеется, — кивнул генерал.

— Будет исполнено, ваше благородие! — щелкнул каблуками Бергманн и вышел из кабинета.

Генерал долго смотрел в окно, вертя в руках незажженную трубку.

— Эх, Зигурд, Зигурд, что же ты наделал? — задумчиво пробормотал он.

13. Подготовка к путешествию

Кузены лежали на узкой кровати, тесно прижавшись друг к другу. В комнате царила кромешная тьма. Себастьян обнимал Доминику, чтобы она не скатилась с постели. Он уткнулся носом в ее шею и жадно вдыхал терпкий аромат девичьего тела, с легкой ноткой ландыша — ее любимых духов. Губы невесомо коснулись линии роста волос, а ладонь нежно накрыла ее грудь, ощущая, как под тонкой тканью блузки напряглись соски.

— Не надо, — прошептала Доминика, отодвигая его руку.

— Почему? — выдохнул он ей на ухо.

— Он же все слышит!

— Я все слышу! — подтвердил Зигурд с соседней койки.

— Черт бы тебя побрал! — выругался Себастьян. — Ты не можешь пойти ночевать в другое место?

— Нет, — отрезал хейдеронец.

* * *

После полудня Зигурд вернулся из города и бросил на стол желтоватую бумажку.

— Полюбуйтесь! — хмуро сказал он.

Доминика и Себастьян взглянули на листовку.

«Внимание!

За тяжкие преступления против народа Монтерры разыскиваются Себастьян Фьораванти и Доминика Белличини.

Награда 1000 золотых.

Лица, укрывающие сих преступников, будут покараны смертью!

За Хейдерон!»

Под текстом следовали подробные изображения беглецов, по всей видимости, тщательно срисованные с портретов, украшающих стены дворца.

— Тысяча золотых — эта огромная прорва денег! — заметил Себастьян, внимательно глядя на объявление.

— Огромная, — согласился Зигурд.

Он снял с плеча тяжелую сумку и поставил ее на стул.