— Не плачь, милая, — промолвил кузен. — Сейчас для нас главное — выбраться отсюда, а волосы потом отрастут.

Доминика тяжело вздохнула.

— Ты уверен, что нам надо ехать именно к Альберди? Он никогда не питал к нам нежных чувств. По крайней мере, ко мне.

Себастьян продолжал щелкать ржавыми ножницами вокруг ее головы.

— Зато у него есть войско, самое крупное в Ангалонии на данный момент. Я попрошу его помочь нам вышвырнуть Шульца из Форталезы.

Доминика удивленно вскинула голову, так резко, что кузен едва не отрезал ей ухо.

— Ты уверен? Это ведь опасно! Ты видел, сколько у Шульца наемников? Вся Серебряная Стража на его стороне!

— Я не собираюсь сидеть сложа руки и ждать, пока эти негодяи захватят мою страну! — твердо заявил Себастьян. — Я объединю уцелевших дворян, и мы вместе отстоим нашу землю!

Очередная черная прядь плавно опустилась к его ногам, гладкая и блестящая, словно шелковая лента. Доминике показалось, что голова стала непривычно легкой. Она удивилась стальным ноткам, прозвучавшим в голосе Себастьяна. Он всегда казался добрым и мягкосердечным, но сейчас он говорил, как воин, как патриот, как истинный правитель своей страны.

— Только не говори Зигурду о том, что я собираюсь просить у Альберди военной помощи, — попросил кузен. — Думаю, ему это не понравится.

— Хорошо, — согласилась Доминика.

— Пускай он поможет нам бежать из города и добраться до Кастиллы, а дальше мы как-нибудь от него отделаемся.

— Отделаемся? — удивилась она. — Надеюсь, ты не собираешься его убивать?

Себастьян щелкнул ножницами, и последняя длинная прядь упала на некрашеный пол, рассыпаясь на тысячу блестящих волосков.

— Не знаю, — ответил он. — Если он будет нам мешать, то я не исключаю и такой вариант. Но надеюсь, что до этого не дойдет.

14. Побег из города

Волны тихо плескались о причал. Ночное небо мерцало красноватой пеленой. Со стороны города несло дымом и горелым мясом — Шульц приказал сжигать трупы. Беглецы подошли к пристани и спустились на пирс. Себастьян и Доминика были одеты в простую одежду, которую принес им хейдеронец. Широкополые шляпы густыми тенями скрывали их лица.

— Дитмар? — тихо позвал Зигурд.

От лодочного навеса отделились два темных силуэта и приблизились к ним.

— Все готово, как договаривались, — произнес один из них.

Полная луна показалась в прорехе дымных туч и ярко осветила говорящего. Доминика с удивлением узнала в нем одноглазого бандита, который два с половиной года назад похитил ее и Себастьяна, когда они сбежали из дворца.

— Лошади? — спросил Зигурд.

— Ждут в условленном месте, — ответил одноглазый.

— Хорошо. Выдвигаемся!

Все уселись в лодку. Дитмар и второй бандит сели за весла, обернутые тканью для приглушения всплесков, и погребли вдоль берега на восток.

Зигурд устроился поудобнее на деревянной скамейке и расслабленно вытянул ноги в потертых сапогах.

— Юрген, как обстановка в городе? — поинтересовался он.

— Выезды перекрыты, — ответил тот, тяжело налегая на весла. — На воротах всех обыскивают.

— Почему?

— Ищут княжеских деток, — вмешался Дитмар.

Себастьян и Доминика украдкой переглянулись.

— Я б и сам не прочь их найти, — заметил Юрген. — Тысяча золотых на дороге не валяется.

Наемник небрежно махнул рукой.