— Он здорово играл, — подал реплику Дэнни.

— Кретин он безмозглый, — буркнул Джо.

— Да ладно тебе, — возразил Дэнни, — не так уж он глуп.

— И к отцу относится скверно, — добавил Джо.

— Это тебе Старина Ник сказал?

— Это я говорю. Старина Ник слишком добр, чтобы сказать такое.

— Старина Ник — совершенно потрясающая личность! — объявила Джина.

— Меня до сих пор поражает, что Бобби в конце концов стал полицейским, — сказал Дэнни.

— Почему? — спросила Анна.

— В те времена в Бенсонхёрсте, милая, — пояснила Джина, — нужно было быть либо очень умным, либо идти служить в полицию. А Бобби начал в банде, вот в чем дело.

— Между прочим, — произнес Дэнни, — Джина перепробовала кучу скверных ребят, прежде чем сдалась мне. Что вовсе не сделало мою жизнь лучше и легче, это уж точно.

Джина отодвинулась от него и шлепнула ладонью по столу:

— Так. Очень своевременное признание. Это ведь первый раз Дэнни признал, что я ему сдалась. Он ведь буквально преследовал меня. Неустанно и безостановочно. Двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю.

— Я сейчас вспомнил, — сказал Джо, — как вы несколько раз прибегали ко мне, скрываясь от какого-то ретивого малого, вооруженного бейсбольной битой. Значит, это был Бобби.

Ужин подходил к концу, две пустые винные бутылки уже убрали со стола. Джина говорила все громче. Анна, наоборот, притихла, но вскоре выдала сразу несколько ядовитых замечаний в адрес Джо, и Дэнни решил вмешаться:

— А кто это тут заказывал к бифштексу еще и порцию семейного раздора? Кто?

Джо взглядом дал Дэнни понять, что юмор сейчас неуместен. Анна не поднимала глаз от своей тарелки.

— Ну что ж, бифштекс я, пожалуй, отошлю назад на кухню: вкус у него какой-то не такой. Какой-то кислый. — Дэнни обернулся к Джине: — Эй, а что-то я сегодня не слышу твоего смеха, детка?

— Я засмеюсь, когда ты скажешь что-нибудь смешное. Джо, как тебе этот итальянский десерт?

— Протух насквозь, как вчера Тара сказала Шону.

Анна улыбнулась:

— Это так смешно — ее слушать. Для меня ее речь иной раз звучит как совершенно чужой язык.

— Я недавно слышал, как она жаловалась Шону на какого-то парня, который «обратал» одну из ее подруг.

— Обратил? — уточнила Джина.

— Нет, именно обратал. Как выяснилось — сделал ее беременной.

Все рассмеялись.

— Выходит, Дэнни у нас серийный обрататель, — сказала Джина.

— А я — обрататель-одиночка, — с усмешкой произнес Джо. — Грустно, конечно, все это, однако в будущем году мы с Анной отправляем нашего возлюбленного сыночка в колледж, после чего обретем наконец свободу, чтобы…

— Трепать друг другу нервы на полную катушку, — резко закончила Анна.

— Господи, Анна! Да что с тобой…

Она скомкала и бросила салфетку, отодвинула стул назад и встала.

— Извините, мне надо идти. Я забыла… у меня конференц-связь с… Парижем. — Анна посмотрела на часы.

— Погоди. Я с тобой. — Джо вскочил, сильно стукнувшись при этом коленом о стол.

— Не нужно. Оставайся здесь. Пожалуйста. — Ее голос дрожал.

Джо посмотрел на Дэнни, потом на Джину.

— Останься, — повторила Анна.