Потом ей начинают задавать вопросы, смысл которых женщине непонятен. Возможно, Найл догадался бы, в чем дело, но память Райи сохранила лишь общее недоумение.

— Если вам не нужна соль, — сказала в конце концов надсмотрщица, — я уйду.

— Отстань от нее. — Второй мужчина положил руку на плечо первому. — Это же глухомань. А ты, торговка, слушай меня. Видишь во‑он тот купол? — указал он на далекую крышу дворца Смертоносца‑Повелителя. — Иди туда и спроси повара.

Райя пошла дальше и через некоторое время увидела десяток строителей, возводящих на придорожной поляне каменный дом. Как ни странно, рядом с ними не стояло ни единой надсмотрщицы.

На улицах города стало куда менее многолюдно. Не встречались больше отряды идущих на работы слуг и рабов, не тянулись цепочки золотарей с их широкогорлыми кувшинами и черпаками, не маячили патрули смертоносцев. Так, отдельные прохожие в странных одеждах, один‑два паука.

Встретилась странная троица — двое мужчин в кожаных рубахах и штанах вели куда‑то, вальяжно обнимая за талию, женщину, с виду бывшую надсмотрщицу. Та казалась спокойной, если не сказать — покорной, а мужчины проводили Райю подозрительными взглядами, но опять все обошлось.

Развалины по большей части выглядели как обычно, но кое‑где с ними произошли заметные изменения. Зияющие проемы окон теперь были затянуты полупрозрачным паучьим шелком — не паутиной, а именно шелком, который, видимо, заменял обитателям столь редкое стекло. Над дверьми обитаемых домов появились разноцветные матерчатые навесы.

Перед дворцом Смертоносца‑Повелителя был сооружен обширный ярко‑синий навес, под которым маячило несколько воинов — полуодетых, но с копьями. От скромных поделок изгнанников это прочное оружие с длинными сверкающими наконечниками, усыпанными шипами, отличалось, как гусеница от скорпиона.

— Чего ты хочешь за полчаса? — крикнул один из воинов Райе.

— Вот это. — Надсмотрщица указала на копье. Воины захохотали.

Райя вспомнила, к кому ее посылали, и потребовала позвать повара.

— А чем я тебе плох? — спросил все тот же воин.

— Я соль принесла.

Мужчины оживились, один из них направился во дворец. Похоже, с солью здесь и вправду было туговато.

В отличие от воинов, повар был маленького роста и с огромным животом. Согласно понятиям Райи, место таким исключительно в квартале рабов, а не во дворце Смертоносца‑Повелителя.

— Сколько хочешь? — спросил уродец, заглянув в одну из котомок.

— Вот таких хочу. — Райя опять указала на копье.

— Тебе ни соли, ни тела не хватит, — опять захохотали воины.

— Тогда дайте длинных ножей.

— Вот запросы у девочки, — веселились воины. — Может, сменяем ей один? Но уж на все сразу…

— Мало. — Райя просто не поняла откровенных намеков невоспитанных мужчин.

— Ну, два?

— Нет.

— Три, три дам, — предложил воин, заговоривший первым.

— А я дам по шее и выгоню, — заявил повар. Райя схватилась за плеть. Воины опять расхохотались.

— На, бери и уматывайся. — Повар выгреб из кармана несколько золотых монет, но надсмотрщица, к восторгу окружающих, менять соль на никчемные желтые кругляшки категорически отказалась.

Следить за воспоминаниями было делом непривычным и странным. С одной стороны, Найл видел все как бы со стороны и оценивал со своей точки зрения, а с другой, благодаря плотному контакту и единению сознаний, воспринимал чужую память как свою. С одной стороны, зная мерзостные повадки пришельцев, он до дрожи в коленках боялся, что сейчас они набросятся, все отберут, убьют работников, изнасилуют надсмотрщицу.