Заметив правителя, Нефтис вскочила, устремилась навстречу.

— Как давно я не видела вас, господин мой!

— Да, давно…

Живот стражницы заметно округлился, да и сама она явно пополнела, отчего стала только приятнее на вид — не такой воинственной, что ли.

— Шабр нас никуда не отпускает, — пожаловалась девушка, словно была не начальницей стражи, а обычной служанкой.

Впрочем, все люди, жившие в городе пауков, к восьмилапым относились, как к высшим существам.

— Я с ним поговорю, — пообещал Найл.

Тут Шабр заметил непорядок, вихрем примчался с противоположного края поляны, повелительно приказал Нефтис ложиться, а уж потом поздоровался с правителем:

— Рад видеть тебя, Посланник Богини.

— Я тоже рад видеть тебя, Шабр.

— К сожалению, Симеону не удалось найти цветов ортиса, Посланник Богини. Это очень плохо, его сок может понадобиться в ближайшее время.

— Зачем? — В памяти Найла сок ортиса по‑прежнему оставался средством, нужным, чтобы прятаться от смертоносцев, единственным способом скрыть мысли от их прощупывания.

— Для обезболивания при родах.

— Чьих?

— Всех сразу и не назовешь, — подошел Симеон. — Турба, Пешиня и Савира на седьмом месяце, Нефтис, Джарита и Савитра — на шестом, Анония, Петрис и Ку…

— Постой, — перебил правитель, — но ведь от силы дней десять назад вы говорили, что Нефтис на четвертом месяце!

— И Джарита, — подтвердил Шабр. — Но плоды стали развиваться с необычайной скоростью!

— Наверное, — добавил Симеон, — это влияние Великой Богини.

— Ерунда! Великая Богиня никак не влияет на рост людей. Только насекомых. Наше сознание блокирует ее излучения.

— На людей она никак не влияет, — согласился медик, — никто из нас не вырос ни на ноготь. Но вот дети… Они и так растут довольно быстро, а тут еще и стимулирующее влияние излучения Богини, и отсутствие собственного сознания. В общем, беременность протекает с такой скоростью, что я вообще не понимаю, как человеческий организм может выдержать подобную нагрузку. По‑моему, этим женщинам нельзя даже шевелиться, чтобы не превышать допустимой нагрузки на сердце.

— Я думаю, — не согласился Шабр, — что при хорошем питании они вполне могут ходить, только не слишком долго. Некоторая подвижность стимулирует кровообращение.

— Интенсивность кровообращения и так превышает все нормы! — немедленно возмутился Симеон. — Питательные вещества, потребные зародышу…

Как понял Найл, спор этот мог продолжаться бесконечно. Он вернулся к Нефтис, присел рядом, взял ее за руку:

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, господин мой. Вот только жарко. И сердце постоянно бьет, будто выскочить пытается.

— Ты лежи, за меня не бойся. Опасностей пока никаких. Все спокойно.

Потом Найл отыскал Джариту. Служанка лежала по другую сторону поляны. Она тоже выглядела молодцом, но в отличие от Нефтис немного похудела.

А вот Савитра, служанка принцессы, высохла совершенно. Она тяжело дышала и не открывала глаз.

— Ну как? — Найл и не заметил, как приблизилась принцесса. — Что Шабр сказал?

— А ты не могла предупредить, что половине женщин двигаться нельзя! — внезапно вскипел Посланник Богини. — Не могу же я уследить за всем сразу!

— Ты сказал, что нужно двигаться вперед, — хладнокровно парировала Мерлью.