— Ага! — не унимался Нэд. — Не из своей крутой винтовки, а из их древнего ствола?

— Смог бы, — не сомневаясь, ответил Серж.

Пока они подкалывали друг друга, из здания напротив вылезли семь аборигенов, и направились к нашему зданию. Пятеро подошли к самому завалу, двое остановились раньше, заняв удобные позиции для контроля за окружающей обстановкой. Пятеро аборигенов стали, кажется, о чем-то спорить. До нас доносились обрывки их речи, ничего не было понятно. Искин брони пытался подобрать перевод, но все еще не находил. Абориген, что поменьше, махал руками и что-то доказывал остальным. Потом все замолчали. Тот, что поменьше, подскочил к завалу и стал его разбирать. Немного постояв, к нему присоединились остальные.

— Ну вот, — произнес Яр, — выходит, не мы их спасаем, а они нас.

— Спасают ли? — в обычной своей манере заявил Нэд. — Вот сейчас отроют и съедят!

Никогда не могу понять, когда Нэд шутит, а когда говорит серьезно.

Глава 26

Михаил, Элизиум

Солнце только собиралось подняться и прогнать темноту с острова. В бараке стало чуть-чуть светлее, во всяком случае, можно было рассмотреть очертания предметов. Но через занавеску мне ничего не было видно. Я взял нож и медленно сел на кровати. Главное сейчас — чтобы ничего не скрипнуло. В бараке стояла тишина. Барсик приподнялся на лапах, продолжая смотреть на занавеску. Я слегка отодвинул его морду назад, давая понять, чтобы он не спешил. Сам же стал медленно подниматься. Лишь бы не заскрипел пол. Барсик неслышно спрыгнул с кровати и встал рядом со мной. Я осторожно, на чуть-чуть отодвинул занавеску и посмотрел, что происходит снаружи.

Там было еще темно, но уже было видно, что три каких-то эльфа стоят около окна в задней стенке барака, которое уже почему-то не забито, хотя вечером было. Еще один эльф в данный момент пытается в него пролезть, но за что-то зацепился и застрял. Но вот у одного из эльфов в руке блеснул нож. Они повернулись ко мне спинами и попытаются помочь застрявшему эльфу. Медлить нельзя. Отдергиваю занавеску и бросаюсь на врагов. Эффект неожиданности на моей стороне, они меня не видят и не слышат меня.

Вот же ж!! Когда оставался буквально метр до первого противника, доска под ногой скрипнула, и один из них начал поворачиваться в мою сторону. Нет времени на размышления. Добегаю до первого врага — он уже почти повернулся ко мне — и бью ногой в колено, ломая его. Следом наношу сильный удар в гортань. Он хрипит и падает на пол. Всё, этот не боец. Поворачиваюсь ко второму. Мимо меня проносится серая тень и налетает на третьего врага. Раздается крик, полный боли. Я не теряю времени и нападаю на своего противника, который перестал медлить и бросается на меня с ножом. Подныриваю под его удар. Беру его руку в жесткий захват и выворачиваю нож. Перехватываю его и бью эльфа в подбородок. Всё, этот нежилец. Поворачиваюсь к третьему, он еле стоит на ногах и пытается сбросить с себя Барсика.

— Барсик!

После моего окрика рох отскакивает от эльфа, а я быстро наношу ему удар кулаком в висок. Эльф даже ничего понять не успел, секунду назад его драл рох, а сейчас быстрый удар — и всё, конец. Перевожу взгляд на окно. Оно пустое, застрявший эльф уже сбежал.

Крик эльфа, на которого налетел Барсик, разбудил всех в бараке. Начался переполох. Эльфы зажгли факелы. Ферт осмотрел чужаков, лежащих на полу. Все трое были мертвы. Лур через отверстие в стене наблюдал за убегавшими эльфами. Их оказалось больше, чем я думал. Кроме того, который застрял в окне, было еще несколько.

— Надо же, — произнес Ферт, — мы ничего не слышали. И когда они успели разобрать доски?

Он с удивлением разглядывал не забитое окно в дальней стене.

— Скорее всего, когда мы все были на турнире, — предположил Лур.