Уэтерби повернулся к Фостеру, наблюдавшему эту сцену с застывшей на лице усмешкой.

– Вот так и надо действовать, – сказал Уэтерби. – Это вам не детская игра «в ладушки». Сбить захват, бросить противника на землю и припечатать ногой. Как мне вдолбить это в ваши железобетонные черепушки?

Встретившись взглядом с Фостером, он понял, что негр злится. Уэтерби скрывал свои эмоции. Ему не нравились черные, он считал, что они просто дезорганизуют работу полиции. Он особенно не любил таких... э... обидчивых, как Фостер.

– Ну как, теперь у тебя получится? – спросил Уэтерби.

– Получится, получится, лейтенант, – ответил Фостер. – Уж вы не волнуйтесь.

– А я никогда не волнуюсь.

Фостер шагнул на середину мата.

– Готов? – спросил Уэтерби.

Черный новобранец слегка подпрыгнул на месте, точно легкоатлет, старающийся равномерно распределить свой вес и найти самое устойчивое положение.

– О'кей, – произнес он, – Начнем... сэр, – добавил он с плохо скрытой угрозой.

Уэтерби медленно поднял толстые волосатые руки и обхватил ими коричневую шею Фостера.

– Давай! – крикнул он и нажал.

Фостер почувствовал неожиданный шок, острую боль от нажатия больших пальцев на адамово яблоко. И он сделал так, как его учили. Согнув левую руку и направив локоть между руками Уэтерби, он затем выбросил ее вверх и в сторону. Вся сила удара, как предполагалось, была направлена на то, чтобы ослабить хватку правой руки нападавшего. Но вместо удара кости о кость он почувствовал, как правая рука Уэтерби гасит силу удара, уходя от него; в то же время железные пальцы лейтенанта продолжали держать мертвой хваткой шею Фостера.

Фостер попытался нанести такой же удар правой рукой, но с тем же успехом.

Уэтерби погасил силу удара, слегка убрав руку назад, но не настолько, чтобы ослабить хватку.

Фостер взглянул в глаза Уэтерби. В них играла улыбка. «Вот дьявол, – подумал Фостер, – этот тип спятил, он задушит меня».

Зрачки Фостера расширились от страха. Он почувствовал, как защемило в груди от недостатка воздуха, попытался вдохнуть, но не мог. Он повторил прием, ударив обеими руками сразу, однако Уэтерби слегка притянул его вперед, и кулаки Фостера попали ему же в лоб.

Негр попытался ударить Уэтерби коленом в пах, но удар пришелся в пустоту. Он хотел крикнуть: «Отпусти меня, сукин ты сын», но ничего не вышло. В глазах у него потемнело. Сил больше не было. Он вновь попробовал вдохнуть, но не смог и ощутил слабость во всем теле, глаза закрывались, как он ни старался открыть их. И тут все увидели, что он, словно кукла, повис в руках лейтенанта.

Уэтерби подержал его еще несколько секунд, потом отпустил, и Фостер, потеряв сознание, тяжело рухнул на мат.

Поднялся слабый ропот.

– Не волнуйтесь, с ним все будет в порядке, – сказал Уэтерби. – Это еще один урок. Не воображайте себя суперменами, иначе тут же нарветесь на кого нибудь сильнее и опытнее вас. Делайте все возможное для нейтрализации противника, и быстро, без жалости. Иначе будет, как с ним. – Он с презрением посмотрел на Фостера, который со стоном начал приходить в себя. – Или хуже, – сказал Уэтерби. – Если вы можете себе это представить.

Он слегка пнул Фостера носком ноги.

– Ладно, вставай, Мохаммед Али, и иди к остальным.

Застонав, Фостер медленно перевернулся со спины на живот, встал на колени, а затем сел на корточки. Никто не сдвинулся с места, чтобы помочь ему, до тех пор, пока Уэтерби не кивнул головой.

– Дайте ему руку, – сказал он.

Взглянув через головы новобранцев, он увидел двух мужчин, направлявшихся к нему. Руки его похолодели, и он глубоко вздохнул. Ну вот. Наконец.