Что касалось родителей Роби… Она просто старалась о них не думать. Отгоняла от себя эту мысль. Только не сейчас. Ведь она только что обнаружила, где находятся гнёзда куропаток.

Она медленно пошла к пустоши, стараясь двигаться не по прямой, а зигзагом: если бы её кто-нибудь заметил, она сделала бы вид, что просто прогуливается. Конечно, полумёртвые от голода девчонки не отправляются на пустошь просто так, чтобы погулять… Но Тракарна и Страмаццо не блистали умом, поэтому им можно заявить, что ей приснился страшный сон, который она старалась забыть. Страшные сны в Доме сирот были обычным делом.

Роби вошла в полосу высокой травы, опустилась на четвереньки, чтобы её не было видно, и доползла до кустов. Гнездо находилось как раз на уровне глаз — она чуть не уткнулась в него носом. В гнезде лежали два яйца — дважды не чувствовать голода! Яйца были маленькими, коричневыми, со светлыми золотистыми крапинками. Роби взяла в руки одно и почувствовала, какая гладкая и тёплая у него скорлупа.

Мама, обнимая её, часто говорила, что когда человек счастлив, те, кто любил его, но кого больше нет, возвращаются из царства мёртвых, чтобы быть рядом с ним. На мгновение девочка закрыла глаза: может, мама с папой тоже сейчас поблизости? Роби посмотрела на своё сокровище — два яйца куропатки — и приступила к делу. Одно из них она съела сразу: постучала им по ветке и с животной радостью высосала сначала белок, а потом самое вкусное — желток, который тянула медленно, с наслаждением, каплю за каплей.

Со вторым яйцом дело обстояло труднее — первой мыслью было сразу же съесть и его. То, что у тебя в животе, никто не отберёт и не украдёт. Но два яйца — это слишком много: если желудок привык быть наполовину пустым, он не выдержит, заболит, и тебя может вырвать. И вообще, сколько ни ешь утром, вечером живот опять сведёт от голода. Лучше есть понемногу. Роби облепила второе яйцо землёй, обернула травой и спрятала в карман туники — не в большой, где держала рабочие инструменты, а в потайной. Внутри своей серой и грязной конопляной куртки с помощью иголки — большой колючки и нитки — куска бечёвки, которую она стащила с мешка крупы, Роби сделала что-то вроде складки. В этот «карман» всегда можно было что-то спрятать.

Один день без голода. Роби глубоко вдохнула свежий утренний воздух — день обещал быть хорошим.

Глава вторая

Заря осветила горизонт. Древние стёкла из янтаря пропускали солнечный свет, который окрашивал стены библиотеки в оттенки золота.

Йоршкрунскваркльорнерстринк проснулся и потянулся, вытягивая свои длинные, как у всех подростков, руки.

Дракон ещё спал. Оконные стёкла вибрировали от его храпа, отчего тени на стенах колыхались, как поверхность воды от лёгкого бриза. Эльф поднялся и стряхнул с себя сотни сине-золотых бабочек, которые накрыли ночью всё его тело и согревали юношу нежным теплом.

Йорш ненадолго остановился перед древними арками, оплетёнными вьющейся зеленью и увешанными фруктами, раздумывая, чего бы ему хотелось на завтрак. Мягкую сладость клубники с резкой горечью апельсинов? Нет, это не для завтрака. Лучше насыщенную сладость инжира со свежей сладостью розового винограда.