Как будто это ему вкололи яд, и теперь он медленно набирал эффект.

— Обыщи труп, — бросил я ему, кивнув на распростёртого киллера.

Тот замешкался, несколько секунд стоял неподвижно, собирая остатки воли. Руки у него дрожали, как у алкаша с глубокого похмелья.

Он неуклюже опустился на корточки и начал обшаривать тело киллера, скрюченное в неестественной позе, так и застыв в посмертной судороге. Лицо убийцы перекосило, рот остался приоткрытым в последнем беззвучном хрипе, глаза устремились куда-то в пустоту.

— У него там… кобура, — пробормотал Зуев, осторожно отгибая спортивную кофту киллера, под которой открылась наплечная кобура с чёрной рукояткой пистолета.

Кто бы сомневался.

— Достань оружие двумя пальцами, аккуратно, без глупостей, — предупредил я, держа кадровика на мушке, внимательно наблюдая за каждым его движением. — И швырни мне. Дёрнешься — стреляю. Хотя, знаешь, я и так сдерживаюсь, чтобы не всадить тебе пулю просто из-за того, что ты есть. Вообще думаю, может, пришить тебя прямо здесь всё-таки.

Я демонстративно огляделся вокруг, подчёркивая жестом, что место тихое, безлюдное и пустое, где вряд ли кто-то может стать свидетелем. Кадровик прекрасно понял этот намёк и задрожал ещё сильнее, спешно и неуклюже доставая пистолет и бросая его мне под ноги. Я подобрал оружие, внимательно его осмотрел, проверил магазин и заткнул за пояс.

— Пожалуйста, не стреляй, — едва слышно забормотал он, перебирая пальцами в карманах киллера. — Здесь что-то ещё есть…

Он вытащил ещё один шприц, наполненный мутноватой белой жидкостью, и поднял на меня вопросительный, испуганный взгляд. Я довольно быстро понял, что именно его так испугало.

— Знаешь, для кого был приготовлен этот второй шприц? — криво усмехнулся я, заметив, как вздрогнул и ещё больше съёжился подпол. — Для тебя, идиот. Ты — хоть и его крыса, но всё-таки Валет решил и тебя зачистить заодно. Ты ему тоже больше не нужен. Лишняя обуза.

Кадровик совсем сник, ноги его подкосились, он чуть не сел прямо на землю, но удержался, каким-то чудом взяв себя в руки. Какая-то гордость в нём ещё оставалась даже теперь.

— Теперь звони в нашу дежурку. Делай сообщение. Так, мол, и так, пришли с испытуемым сдавать физо, а тут какой-то нарик сумасшедший прямо на наших глазах вколол себе какую-то хрень и откинул копыта. Запомнил?

Он быстро закивал, достал телефон и принялся набирать номер, пальцы его скользили и путались от напряжения и страха.

Пока он бубнил в трубку, делая нужное сообщение, я припрятал второй шприц себе. Такой яд может пригодиться в наше смутное время. Еще раз обыскал труп — Зуев на нервах половину интересного мог не заметить. И точно — нашел смартфон киллера. Он, конечно, был заблокирован. Я забрал его себе на всякий случай, предварительно отключив. Ни денег, ни документов у убитого не оказалось. Разве что носовой платок. Что ж, вот мы его и используем для тех же целей, для каких он был прихвачен — ведь не от насморка же

Так что платок я протянул кадровику:

— Сотри со шприца мои отпечатки. Хорошо сотри, лучше раза три пройдись.

Он уже закончил переговоры с ноль-два и теперь, только коротко, дёргано кивнув, принялся тщательно вытирать шприц.

Затем я задумался и добавил:

— Слушай, в наше время там могут остаться ещё и следы ДНК. Современность, мать её… — я достал из рюкзака бутылку воды, заранее приготовленную, чтобы попить после пробежки. — Помой шприц водой, да как следует.

Кадровик принялся поливать шприц тонкой струйкой, тщательно протирая его платком, затем аккуратно вложил шприц в руку покойника.

— Всё, — сказал я удовлетовренно. — Теперь ждём опергруппу и охраняем место происшествия. И сними с него кобуру.