Штык кивнул и двинулся в указанную сторону. Подпрыгнул, лёг плашмя и двинулся дальше.

— Позёр грёбанный. — Проворчал Шкет, неспешно шагая, рядом с низко летевшим вампиром.

— Слышь! — Громко возмутился Штык. — Я босс или где вообще?

— Босс. — Пожал плечами Шкет. — Я чё против говорю? Босс ты, я в натуре на подхвате. Всё путём братан. Я твой ебучий власть признал. Ты в натуре папка, давай, командуй.

— Другое дело. — Довольно улыбнулся Штык.

— Шевели булками что ли. — Пробормотал тут Шкет. — Ползёшь как пьяная корова.

Штык скривился и головой покачал осуждающее — ну вот как в таком коллективе оставаться добрым и вежливым молодым человеком? Никакого уважения к авторитету старших!

Поначалу-то всё было более-менее, уважали, понимаешь,а как Арчи всех собрал в городе, так и началось,Тарзан летать умеет без этой странной силы, что пылает алым пламенем и доступна им всем. Шаман не прошибаемый — у него кожа круче чем у танка броня. Ничего не берёт. У Шкета вон когти есть, Соня телепат, а он? У него вообще никаких особых способностей нет. Разве что после трёх доз героина он как огурчик, остальные в хлам,не оценил никто этой его уникальной способности. Им, видите ли, кажется, что он не шибко крутой, тогда как Тарзан,уроды блин.

Ну ничего. Вот сейчас туманное инстинктивное какое-то предчувствие оформит в реальность и все его сразу стремительно зауважают. Сейчас-то, что-то не особо стремятся они к уважению. Авторитет у него слабоват. Поддерживать приходится регулярными и множественными переломами. А иначе они не слушаются. Впрочем и так не шибко-то,Соня та вообще без тормозов. Если бы не их лёгкий непринуждённый секс три раза в день, так, наверное, она бы вовсе попыталась ему голову оторвать что бы самой стать во главе всего их маленького коллектива.

Который нынче стал ещё меньше. Вчера, вечером, Арчи зашёл в гости к одному из упёртых, не желавших покидать город и не ждавших помощи Высших Сил. Только в окно нос сунул, ему в лобешник сразу же заряд дроби. Мозги по стене соседнего дома размазало. Умар завалил того стрелка и всю ночь они ждали. И ждали и ждали, но Арчи новую башку так и не отрастил.

Странно это,вот ногу отрубит или как тогда на площади, танк тот — Тарзану взрывом обе руки оторвало, так они отросли уже к следующему утру. А голова не отрастает и всё тут, хоть ты тресни, не отрастает собака…

Помер Арчи, причём наглухо. Утром сегодня возникло странное ощущение, в памяти закрутились смутные картинки, вспышки света, какие-то слова едва слышные — память, но будто чужая. И он понял что нужно делать. Не до конца и не совсем, но вроде понял.

Вампиры завернули за угол и их глазам открылась широкая улица, забитая брошенными автомобилями. Тихая, пустынная улица. Если не считать толпы людей, замершей в центре дороги. Бледные, молчаливые, глаза у всех по полтиннику — они боятся до смерти. И правильно, в общем-то, живыми отсюда, они уже не уйдут. Это Штык сознавал отчётливо. Но решительно не понимал принципов и смысла того, что вот-вот произойдёт.

Толпу людей, жавшихся друг к другу, окружили плотной цепью, девяносто семь вампиров — тут все, не считая их двоих и Арчи на днях помершего.

— За руки возьмитесь. — Проговорил Штык, приземляясь в брешь в цепи, оставленную для него и Шкета. Вампиры зашумели, кто-то плечами пожал, кто-то пальцем у виска покрутил,Штык побагровел и как рявкнет: — А ну сука блядь за руки сцепились мудаки тупые!

Притихли, ворчат что-то в полголоса, но подчинились. Штык ухватил ладонь Шкета, выпрямился, второй рукой сжал хрупкую ладошку. Повернул голову — глянуть чья это ладошка.

— Лиша, а ты увьерен?

— Ага.