— Убедительно. — Проговорил он, медленно кивнув. — П-против таких аргументов, спорить, видимо, бессмысленно.

— Ну так, а ты думал? — Проговорил незнакомец с красными глазами. Клыки снова стали нормальными, человеческими. — Я ж хули, типа бессмертный. Если что — сожру.

— Я понял,и насколько повысить зарплаты?

— А,это… — Незнакомец, задумчиво хмурясь, почесал затылок. Поднял вверх указательный палец, рот открыл и завис. Потом рот закрыл, руку опустил и растерянно пожал плечами.

— Ясно. — Проворчал Евгенич. — Нормально повысить, да?

— Ага. — Незнакомец сбросил с плеч куртку, стал снимать рубашку. — И это, ты мне должен. Костюму хана. Так что, извиняй Евгенич, бабло на бочку, и ещё куртяк какой-нибудь подкинь.

— Не сильно опух? — Зарычал Евгенич, зло сверкнув глазами.

— Я? — Незнакомец вытянул руку и положил её на стену. Из пальцев выскользнули когти, пробив обои, штукатурку и глубоко уйдя в стену. — А ты как думаешь?

Евгенич снова побледнел. Даже тряхнул головой, пытаясь прогнать наваждение.

— Тебе не кажется. — Любезно сообщил незнакомец. — У тебя тут в натуре вампир в гостях тусит.

— Я всё сделаю. Но ты больше никогда сюда не придёшь.

— Базару нет, договорились. — И начертав на стене слово «Пума», он двинулся вслед за перепуганным, но сохранявшим достоинство человеком…

Шкет уходил из дома директора, чувствуя себя немного не в своей тарелке. Евгенич боялся, но как-то неправильно. Поневоле, Шкет начал крайне сильно уважать этого человека и взял только те деньги, которые ему выдали, почти что добровольно. Вера в то, что преступность — зло, а сам он, типа добро, крепко пошатнулась. Немного, даже стыдно стало…

Время шло, Пума бродил по улицам города, творя справедливость где попало. Он всё чаще приходил к Анжеле и в один из дней, остался на ночь, заснув не на диване, а в её постели. Спустя пару дней, она оставила его дома, днём, со своей дочкой. Он был так поражён, что пару часов ощущал себя крайне странно, словно в каком-то зазеркалье. Но через два часа в дверь постучали и дочь Анжелы, радостно визжа, открыла дверь — в гости пришла бабушка, мать Анжелы,как оказалось, она ей позвонила и попросила побыть немного у неё в гостях. Так Шкет повторно познакомился с сильно изменившейся матерью своей старой подруги.

Всё шло почти так как он запланировал и Шкет знал наверняка — у него получится. Осталось лишь найти неприметную, простую работу. Что-нибудь не накладное, не отнимающее слишком много времени. Ведь если он устанет на работе — как потом ночью с преступностью бороться?

Устроился в магазин грузчиком и как нормальный человек выходил он на работу,в первый же день пришлось столкнуться с серьёзными проблемами.

— Ап. — Сказал напарник, когда новичок, ухватил две пятидесятилитровые бочки с пивом и без особых усилий потащил их на склад.

— Чё? — Спросил Шкет, подозрительно косясь на парня. Тот глянул на одну руку, потом на другую, на лицо напарника и судорожно сглотнув, стал отступать к стене. Шкет задумчиво глянул туда же, на руки свои — на весу бочки держит, широко раскинув руки… — Я не понял, чё не так Тёма?

— П-п-пятьдесят… — Выдавил Тёма, быстро бледнея. Шкет снова нахмурился. Поставил бочки на снег. Затылок вот почесал, ещё не понимая, что так поразило напарника. А потом дошло — он баллон в пятьдесят литров, как пачку сигарет тягает.