|
– Смотри, че вырисовывается. – Сталкер понизил голос до заговорщического шепота. – Умирает Атаман, начинается вся эта канитель, новый Атаман вприпрыжку бежит к этому… Капитану. Ниче подозрительного не находишь? А знаешь, добавь еще сюда водку. Да-да, вот эту, с которой нас так прет. Не, здесь че-то неладно. Муть какая-то… Вот он дает нам бабки, шоб мы ни хрена не подозревали, да? Шоб мы не думали про эту гребаную водку. И просит провести к Черноб… Подождите! – Бродягу как будто осенило. – Я понял, на хрена. Бабай, ты сам сказал: за такие бабки можно и сходить. Он… Он хочет стимул. Дать дополнительный стимул, да. Если нас отпустит раньше, шоб мы все не запороли. Упырь же завел своих в поле, так? Знаете, он… Он боится. Трындец как боится, что мы тоже так сделаем. Поэтому он и обещает бабки, да. Сука, да вот в чем дело…
– Подожди, подожди! – попросил Бабай. – Блин, ты можешь помедленнее? А то ты, блин, с темы на тему скачешь, я вообще ни хрена понять не успеваю. – Двадцать штук… – задумчиво пробормотал Седой, пропустив слова собеседника мимо ушей. – Та больше он не даст, стопудняк не даст. Знаешь, да он нас в расход, как только дойдем, пустит. Нахрен мы ему нужны? Пройти Чернобыль. Пройти быстро, он сам сказал, времени у него мало. Хм… А зачем тогда через город?.. По ходу… По ходу кто-то идет за ним, и он боится, что догонят, а мы… Вот зачем мы ему нужны. Своим он не верит, в кланах ни хрена нет нормальных проводников. Все самые опытные остались в свободных. Ну да. Знаешь, логично, нам же нахрен не уперлось все это дерьмо. Так, а… А че с этим делать-то? – Скиталец рассеянно взглянул на своих собеседников. На его лице заиграла горькая ухмылка. – А делать нечего. От так, мужики, мы и поляжем. Знаешь, я когда сюда вернулся… Понимал, шо загнусь, куда уж без этого, но… С-сука, не так я все это представлял! Ну совсем не так! Я думал, знаешь… Аномалия, там, мутант. Мародер, может быть. А вот идти и добровольно самоубиваться об Чернобыль… Так себе идея… – О, глянь. Все, по ходу, кончился перекур… – Омлет указал идущую со стороны бункера фигуру. Этот странный, уже знакомый как минимум одному из сталкеров шлем на голове, некий прибор в руках, смутно напоминающий очертания старого советского радио. Отряд рубежников из пяти человек, внезапно показывающийся из кромешной тьмы за спиной уплетавших вкусное варево скитальцев Зоны. И нарастающий гул в голове, похожий на хлопанье перепончатых крыльев какого-то крупного насекомого, поселившегося внутри черепной коробки. Гул, который трудно спутать с чем-то другим. Гул, всегда сопутствующий появлению кукловода, присмотревшего себе очередную жертву. «Водка здесь ни при чем, – запоздало понял Седой. – Сука, водка здесь совсем ни при чем…»
Глава 7 Чернобыль
– Привал! – жестко скомандовал сержант Дзержинский. Остановившись, Седой расстегнул карабин на груди и со вздохом облегчения сбросил рюкзак в траву. Согнув гудящие от длительного перехода ноги, сталкер уселся на землю и расстегнул поклажу. Пока однорукий черный и Тополь из «Вольного народа» расставляли бойцов по флангам и на фронт, Кожевников закинул в рот пару галет. Убедившись, что Дзержинский не увидит, отхлебнул из металлической фляги. Спирт заструился по горлу скитальца, наполняя охотника за артефактами решимостью и прогоняя остатки первобытного страха перед гнетущей тишиной ночной Зоны. И правда, все вокруг как будто вымерло: не было слышно ни карканья ворон, ни далеких завываний псевдоволков, ни потрескиваний ждущих своего часа «сияний». Ничего. Практически полная тишина, нарушаемая разве что шелестом травы под ногами и бряцанием неумело подогнанного снаряжения. |
