Даша, как ни странно, ответила.

Валентина Ивановна никогда ей раньше не звонила, и номер, соответственно, был незнакомый, так что она понятия не имела, что ее ждет. Скорей всего, рекламу какую-нибудь пытаются подсунуть или кто-то номером ошибся.

— Алло! — сказала она. — Я слушаю.

В трубке было молчание, потому что у Валентины Ивановны вдруг пропал голос. Но она быстро взяла себя в руки и на требование говорить ответила:

— Даша… это… это Валентина Ивановна.

И тут же замерла в ожидании, что сейчас услышит в трубке короткие гудки. Во всяком случае, будь она на месте девчонки, она непременно так бы и сделала.

Даша помедлила, потому что не сразу вспомнила, что мать Артема зовут Валентина Ивановна, а когда сообразила, кто звонит, та уже умоляюще тараторила:

— Даша, пожалуйста, прошу тебя, не бросай трубку! Я не хочу тебе ничего плохого, я хочу извиниться за своего сына. Я бы хотела встретиться и поговорить…

Снова сердце у Валентины Ивановны замерло в ожидании коротких гудков. Или девчонка скажет, что им не о чем разговаривать и что она в гробу видела всю семейку Артема.

Но нет, Даша помедлила, и Валентина Ивановна с новой силой принялась уговаривать:

— Дорогая, мы же с тобой, в общем, никогда не ссорились. Но Артем, он, конечно, был неправ, и я его не одобряю очень. Я все понимаю, но просто поговорить…

— О чем? — спросила Даша.

— Понимаешь, Артем, он… — Валентина Ивановна сделала над собой последнее усилие и решилась, — он в ужасном состоянии. Его избили, уволили с работы… — Говоря это, Валентина Ивановна рассудила, что все уже случилось, так что хуже ее сыну не станет.

Как уже говорилось, она верила в сглаз.

— Я тебя ни в чем не обвиняю, — заторопилась она, — но просто хотела бы попросить прощения за Артема, и если мы выясним все, то вы оба сможете потом начать с чистого листа. Не вместе, нет, но все же нехорошо оставлять за собой руины… Когда-нибудь и у тебя тоже будут дети, и тогда ты поймешь, что с ними непросто, очень непросто…

Валентина Ивановна тяжело вздохнула и продолжила с глубоким чувством:

— Но я должна помочь Артему преодолеть кризис… я же мать… и ты когда-нибудь меня поймешь…

— Но что вы от меня хотите?

Судя по голосу, Даша растерялась; стало быть, может согласиться.

— Девочка, войди в мое материнское положение! — Валентина Ивановна усилила напор. — Я ведь не прошу многого. Просто поговорить, встретимся в кафе буквально на полчаса!

Она сама удивилась, что Даша согласилась.

Валентина Ивановна не знала, что бабушка Дашу воспитывала в уважении к людям и учила никогда не хамить человеку первой. Сначала, говорила, послушай, что тебе скажут, а потом уже решай, что будешь отвечать. А лучше в таком случае вообще ничего не говорить, просто уйти — и все.

Условились встретиться в кафе возле Дашиной работы.

Придя в кафе заранее, Валентина Ивановна отчего-то нервничала.

Казалось бы, что ей предстоит?

Всего лишь подсунуть бывшей девице своего сына тряпочную куколку. Не такая уж сложная задача…

Однако ее мучило какое-то неприятное предчувствие.

На всякий случай она пришла в кафе заранее, заняла удобный угловой столик, хотела заказать кофе, но передумала: кофе подействует на нее возбуждающе, а ей сейчас нужна ясная голова и спокойное состояние. Так что она заказала себе чашку зеленого чая и кусок полезного морковного торта.

Вскоре появилась Дарья, сдержанно поздоровалась, села за стол и посмотрела на Валентину выжидающе.