-  Я же говорю, не надо недооценивать противника, - продолжил небольшую лекцию Солнцевский, пока остальные ратники не бросились на него, - теперь возьмем такую историческую личность, как Гитлер. Вам наверняка этот пример будет ближе. Так вот он вообще не воспринимал Красную армию как противника, и что в итоге? В итоге всенародно празднуется День Победы, Девятое мая. Ну вы помните.

    Конечно, большинство из присутствующих прекрасно помнили, что тут натворили в этот день Солнцевский и Изя. Именно поэтому они разом бросились на богатыря. Впрочем, в таком количестве они больше мешали друг другу, чем помогали. Этим и воспользовался богатырь.

    Уже спустя несколько минут иноземцы встали в один строй с Наполеоном и Гитлером, то есть были наголову разбиты. Солнцевский осмотрел дело рук своих и, оставшись доволен, хищно улыбнулся и проследовал к последнему, но, несомненно, самому важному участнику данного действа, к тевтонскому послу Фрицу и прочее (надоело перечислять).

    -  Я есть неприкосновенность! - тут же предупредил тот.

    -  Откуда же я знаю, что ты неприкосновенен? - хмыкнул Солнцевский, пробираясь между разбросанными по полу ратниками.

    -  Так я тебе говорить!

    -  Хм, что-то у меня с ушами в последнее время, - пожал плечами богатырь, - ничего не слышу.

    -  Я говори-и-ить! - из последних сил завопил посол, но было уже поздно...

    -  Ну вот, так значительно лучше, - через некоторое время заметил богатырь, рассматривая чудесный лиловый фингал под глазом посла, - не так красиво, как у коллеги, но, как говорится, чем богаты.

    -  Я жаловаться! - продолжал вопить обиженный Киндерлихт.

    -  А ты еще и ябеда... - голосом, не предвещающим ничего хорошего, отозвался богатырь и сделал шаг навстречу.

    -  Нет, я не ябеда, - тут же поменял точку зрения посол и на всякий случай прикрыл целый глаз.

    -  Смотри у меня, - буркнул богатырь и направился прочь.

    Однако уже у самой двери он остановился, немного поразмыслил и бодрым шагом вернулся.

    -  Я не ябеда, - осторожно напомнил Киндерлихт.

    -  Да помню, помню, - хмыкнул бывший старший богатырь, поднял с пола рогатый шлем посла и пояснил свои действия его бывшему хозяину. - Не будем нарушать традиции.

    Тевтонец что-то сказал на родном языке, причем смысл был ясен без переводчика. Но слушать его Солнцевский не собирался и, помахивая очередным рогатым трофеем, покинул разгромленное питейное заведение.

    Выбравшись наружу, богатырь зашел за угол и, убедившись, что рядом никого нет, скинул с себя морок. Через мгновение перед нами предстал Изя собственной персоной в своем истинном рогатом обличье, а уже после этого он вернул себе привычный облик румяного мальчиша-плохиша.

    -  Чего не сделаешь ради блага концессии, - буркнул он, одергивая форменную косуху, - что ни говори, а морок в нашем деле вещь полезная.

    Далее он со вздохом отправил рогатый трофей в близлежащий пруд (жалко, а что делать, улика все-таки) и чуть ли не бегом припустился во дворец Берендея. А там его ждал милый сердцу тотализатор и финальная сцена поставленной им комедии.

    * * *

    Изя ворвался в терем Берендея как раз вовремя, к полуфиналу. Состав его участников был в общем-то прогнозируем. Как и следовало ожидать, в него попал Солнцевский с Вилорием и Муромец с Алешей Поповичем.