Илюха был человеком незлобным, так что долго мучить непосредственное руководство не стал.

    -  Ладно, оставьте пока себе, - махнул рукой он, - после вернете.

    -  Верну, верну, не сомневайся, - тут же засуетился князь. - Я с твоей штукой снова себя человеком почувствовал.

    -  Кстати о чувствах, - тут же влез Изя. - На этот раз о чувстве глубокого удовлетворения. А не махнуть ли нам на охоту?

    -  Нам? - удивился Берендей. - Да вроде вы раньше охотой не увлекались.

    -  Ша, если не хотите брать, так и скажите!

    -  Я... - попытался вставить слово князь, но Изя молол языком значительно быстрее.

    -  Нет, ежели мое или, скажем, Илюхино общество вам претит, так говорите прямо, в лицо, и не надо уходить от ответа в дебри лингвистики!

    -  Я... - опять постарался вставить хоть слово Берендей.

    -  Конечно, ежели с вами наша Любава попросилась, небось, ей бы вы не отказали! - продолжал бушевать Изя.

    -  Дай сказать хоть слово! - наконец навел порядок во вверенном ему подразделении князь.

    -  Да я что, мешаю, что ли? - удивился Изя. - Говорите сколько хотите, я таки весь внимание.

    -  Вот я и пытаюсь сказать, что мы как раз послезавтра собрались на соколиную охоту, - выпалил Берендей и смахнул со лба выступивший пот.

    -  Соколиную... - протянул черт, переглядываясь с Илюхой. - Так это то, что нужно! Я всю жизнь мечтал поучаствовать в соколиной охоте.

    -  И у тебя есть сокол? - удивился Берендей.

    -  У меня есть Мотя, - гордо вставил черт, а Гореныш охотно подтвердил это высказывание двойным кивком.

    Третья голова этого сделать не могла, так как расположилась на коленях княгини, и та чесала ей за ухом.

    -  Мотя... - с сомнением в голосе протянул Берендей.

    -  А что? - удивился Илюха. - Крылья есть, когти есть, летать умеет, чем не сокол?

    Берендей внимательно посмотрел на Мотю, и тот охотно продемонстрировал ему крылья, когти и даже чудесные острые зубы.

    -  Так, к каким подходить? - скромненько поинтересовался Изя.

    Князь немного посомневался, а потом обреченно махнул рукой. Он уже из личного опыта знал, что отвязаться от среднего богатыря очень непросто.

    -  Утром отправимся.

    -  А надолго? - уточнил волнующие детали черт.

    -  Да нет, на пару дней всего.

    -  Договорились, - обрадовался Изя, - с первыми лучами солнца мы с Мотей у ваших ног.

    -  А ты с Любавой? - обратился Берендей к Солнцевскому.

    -  Не, мы с ней, пожалуй, останемся, - протянул Илюха. - Она генеральную уборку затеяла, я ей помочь обещал.

    Такой ответ заставил Берендея аж присвистнуть от удивления. Что-то ранее он не замечал в Илюхе качеств домоседа.

    -  Под влиянием обстоятельств люди меняются, - словно угадав мысли князя, вставил словечко Изя.

    -  Что ж, вольному - воля, - придя в себя, отозвался киевский правитель. - Послезавтра поохотимся, а пока давайте веселиться. Надо же выигранный кубок обмыть!

    Ни Изя, ни Илюха возражать не стали и тут же принялись претворять задание руководства в жизнь.