– Погляди-ка на эту симпатичную пару. Только сейчас продавец книг заметил, что объятья мои – не такие уж дружеские, а выражение лиц у моих подопечных – на редкость кислое.

– А в чем дело, Яков Семенович? – недоумевающе спросил он.

– Хочу тебе представить виртуозов своего дела, – объявил я тоном циркового шпрехшталмейстера. – Филемон и Бавкида. Афанасий Иванович и Пульхерия Ивановна. В миру – супруги Паншины. Пенсионеры, бывшие труженики Союзгосцирка. Та-та-та-та-а-а, – я напел мелодию циркового марша. – Ап! – Жестом Кио я выхватил из стариковского пакета альбом Дали и метнул его на прилавок. От неожиданности бедный Вадик отпрянул и вытаращил глаза. – Ап! – Альбом Босха птичкой вылетел из-под куртки старика Паншина и плюхнулся рядом с Дали. – Только одно представление! Ап! – Из хозяйственной сумки мадам Паншиной высыпалась стопка самых дорогих женских романов: Сандра Питерс в голубом супере с золотом, Диана Скотт в целлофане, Лора Макмастер с тонким серебряным тиснением по коленкору цвета маренго.

– Но ведь это же… – ошеломленно прошептал Вадик. – Ведь я…

– Правильно, – согласился я. – Это у тебя бы вычли из зарплаты. В самом лучшем случае. А в худшем – еще и оштрафовали бы за халатность.

Вадик растерянно переводил взгляд со стопки украденных книг на притихших похитителей. И обратно.

– Это же… Это просто бессовестно! – воскликнул он, наконец. Наверняка интеллигентный мальчик знал слова и покрепче, но не мог себя заставить употребить их по отношению к людям в почтенном возрасте. С точки зрения законов улицы Вадик был «лохом» чистейшей воды. Быстро догадавшись об этом, старая сволочь Паншин вновь осмелился подать голос.

– Молодой человек, – с надрывом произнес он у меня из-под руки, обращаясь к Вадику, – простите нас Христа ради. Пенсии хватает только на хлеб и молоко…

– …А мы так любим читать… – немедленно заныла старуха Паншина.

– …А телевизор у нас сгорел… – в тон продолжил Паншин.

– …А дети нас совсем забыли…

– …А мы все болеем, еле ходим… Это был профессиональный слаженный дуэт. В гильдии кладбищенских попрошаек такие артисты – на вес золота. Чувствуются школа, навыки, опыт. Я увидел уже на лице сердобольного Вадика жалостливую гримасу. Все, решил я, пора прекращать концерт! Иначе того и гляди чуткий парень прослезится. Но только этот вымысел – отнюдь не из тех, над которыми стоит обливаться слезами.

– …А Мамонтов нам зарплату задерживает… – спел я, подстраиваясь к стариковскому дуэту.

Парочка мгновенно заткнулась. Вадик захлопал базами и уставился на меня.

– При чем тут Мамонтов? – удивленно спросил он.

– Все проще простого, юноша, – вздохнул я. Я бы даже развел руками, но в руках у меня были старые аферисты. – Кирилл Васильевич Мамонтов, шеф-директор фирмы «Титус», любит экономить на молодом поколении. Ты вот сколько, к примеру, у него получаешь?

Вадик назвал сумму. Мадам Паншина у меня под рукой еле слышно фыркнула. Сумма не вдохновляла.

– Всего-то? – присвистнул я. – Хотя да! Кирилл Васильевич наверняка пообещал тебе здорово прибавить, после испытательного срока. Верно?

Вадик кивнул. Он был ошарашен моей проницательностью.