– Пацанам, конечно, досталось, – точно в тон моим мыслям пробормотал Ворона, – ну, тем, которые без команды… Мерзавцам, значит, этим. Один теперь в реанимации, двое в ментуре, а еще один ногу сломал… В канализацию провалился, а там метра три…

Тут я позволил себе, наконец, прервать молчание.

– Смотреть надо было под ноги, – лениво посоветовал я. – Когда под ноги глядишь, ни в какую канализацию не провалишься.

Ворона шумно завозился рядом на сиденье.

– Яков Семенович! – жалобно простонал-прогундосил он. – Да откуда ж было знать?…

– Что знать? – сухо осведомился я.

– Что тираж у вас под контролем! Они-то думали, что там одна интеллигенция вшивая, надыбать у них груз как сморкнуться…

Я поморщился. Мне казалось, будто бы частный детектив Я.С. Штерн тоже в каком-то смысле интеллигент. Но у Вороны своя мерка. Интеллигент – это, стало быть, тот, у кого можно безболезненно отобрать имущество. А у кого нельзя – тот свой брат урка. Увы! Есть субъекты, которым до цивилизованного бизнеса – как до Пика Коммунизма. Вернее, Пика Капитализма.

– А с чего это вы взяли, господин Ворона, – вкрадчиво поинтересовался я, – что я вообще имею к этому отношение?

Ворона обиженно завздыхал.

– Яков Семенович, вы уж меня совсем за фраера держите, – объявил он. – Пацаны мои дуроломы, но я-то понятие имею. Как узнал я про сантехника, который им пистон вставил, я сразу и врубился. Ваш фирменный стиль, больше некому…

Воронины слова меня глубоко огорчили. Мало того что я – не интеллигент. Теперь выясняется, и стиль мой уже известен каждой второй шпане. Скоро просто на улицу не выйдешь без того, чтобы кто-нибудь из прохожих тут же не начал объяснять всем остальным: это вон Яков Семенович, шлангом прикинутый. Должно быть, идет на задание… – Рр! Уж кому-кому, а частному детективу слава без надобности. Ну, разве что посмертная, для потомства.

– И какой же у меня фирменный стиль? мрачно спросил я у Вороны.

– Вы как человек-невидимка, – отпустил мне Ворона завистливый комплимент. – Сроду не догадаешься, в каком виде вы появитесь и откуда вас можно ждать…

Комплимент мне понравился. И нравился до тех самых пор, пока я не припомнил кое-какие подробности из книжки про человека-невидимку. Там в конце описывался способ, как сделать этого друга видимым. Очень простой способ: садануть железным прутом по макушке.

– А скажите мне, господин Ворона, – сахарным голосом полюбопытствовал я, – вчера в машине «Скорой помощи» сидели тоже ваши пацаны? Которые, конечно, все делают сами, без вашей команды и вообще мерзавцы… Ну, ваши?!

В ту секунду, когда я без паузы перешел с сахарного тона на металлический, Ворона аж подпрыгнул на сиденье.

– Какая «Скорая помощь»? – изумленно прогундосил он. Мне почудилось, будто на его гнусавый нос нацепили еще и большую прищепку. – Я не понима-а-а…

– Обыкновенная «Скорая помощь», – объясни я этому недоумку. – Неужели никогда не видели Такая белая, с красной полосой и красным крестом на боку. Вздумала со мной поиграть в кошки мышки.

– Нет-нет, Яков Семенович, это не мои! – Ворона отчаянно всплеснул руками и чуть не заехал мне по носу. – Мы тут ни при чем, ей-богу, бля буду, ни при чем…

Как ни странно, но последнему Воронину утверждению я вдруг поверил.