– Очевидно, твои принципы не распространяются на женщин! – гневно воскликнула Лия, возмущенно глядя на него.

Она с удовлетворением заметила, как у него на лице появилось виноватое выражение, словно он только что понял, что опрокинул ее на песок. Отпустив Лию, Зандро сел на корточки и запустил руку в свои влажные волосы.

– Я погорячился, – признался он.

– И я должна поверить, что подобное не произойдет с Ники?

– Но я же не причинил тебе боли, так ведь? – возразил Зандро. – Это ты пыталась ударить меня.

– То была самозащита! Ты не имел права хватать меня.

– Мне не нравится, что ты изображаешь меня истязателем детей. – Выражение его лица снова изменилось, и он пронзил ее взглядом. – Неужели ты вообразила, что я наброшусь на тебя?

Лия не знала, какие намерения были у него, и понимала только то, что он сильно напугал ее.

– Это общественное место, – возразила она, не желая, чтобы он почувствовал удовлетворение от мысли, что ему не составило бы труда одолеть ее.

– И ты считаешь, что кто-нибудь спас бы тебя? – презрительно осведомился Зандро. – С такими наивными взглядами недалеко до беды.

– Ты думаешь, что у тебя есть Богом данное право физически удерживать женщину, которая хочет уйти от тебя?

– Нет, – отрубил он. – Прежде в этом не было необходимости.

От его самонадеянности и высокомерия у нее на мгновение перехватило дыхание.

– Какой ты везучий! – Лия снова начала подниматься. – Теперь ты позволишь мне уйти?

Зандро тоже поднялся и вместе с ней направился к дому.

– Я не это имел в виду, – жестким непререкаемым тоном заговорил он. – Ни одна женщина никогда не бросала мне такого обвинения, не дав возможности опровергнуть его несостоятельность. Я такого не потерплю.

Лия изо всех сил старалась восстановить душевное равновесие и избавиться от присутствия Зандро, которое странно тревожило ее. Она почти забыла, кто первый начал пререкаться.

– В любом случае это несущественно, потому что тебе не удастся усыновить Ники. Я никогда не дам согласия.

Она смерила Зандро враждебным взглядом и удивилась, заметив насмешливую искорку в его глазах.

Зандро открыл ворота и зашагал рядом с Лией по подъездной аллее.

– Прежде всего, мы должны думать о благополучии Ники, Лия, – заметил он.

– Я и так о нем думаю!

– Ты уверена? – Они подходили к дому, и, когда она посмотрела на Зандро, от нее не ускользнуло, что он любуется благородным великолепием своего жилища. – Ты все еще хочешь забрать его из дома, где он счастлив и находится в безопасности?

– Ники еще ребенок. Он забудет, – уверенным тоном сказала она, пытаясь заглушить свои недавние колебания.

Зандро стиснул зубы.

– Ты этого хочешь? Чтобы он забыл семью своего отца? Бабушку и дедушку, которые приняли его почти с момента рождения, заботились о нем… и которые любят его? Подумай, что ты сделаешь с ним, – настойчиво добавил он.

Они подошли к широким каменным ступенькам, и он легонько взял ее под руку. Должно быть, это был машинальный жест вежливости, но его прикосновение горячей волной отозвалось во всем ее теле.

Вероятно, у некоторых мужчин сексуальный заряд настолько силен, что ни одна женщина не может не почувствовать его. Это не имеет ничего общего с любовью или даже чувством симпатии. Лия невзлюбила Алессандро Брунеллески задолго до того, как познакомилась с ним.