Спустя мгновение Зандро сказал:

– Возможно, я не совсем справедлив, обвиняя тебя. Он сам сделал свой выбор. Но я видел следы от уколов на его руках, и ты должна была знать, что он колется.

– Следы? – Страх холодным комом сдавил ей грудь. – Ты… ты ошибся.

– Отрицать бесполезно, – отмахнулся Зандро. – Ты сама все еще принимаешь наркотики? – Он отпустил руку Лии, но только для того, чтобы взять ее за запястье и посмотреть на локтевой сгиб. Его пальцы причиняли ей боль, он явно не сознавал своей силы, но Лия была слишком расстроена, чтобы пожаловаться.

Зандро ослабил хватку, и ей удалось вырвать руку. Вскочив, она отпрянула от него, остановившись у края фонтана. Мелкие капли воды падали ей на плечи, но она не обращала на них внимания, чувствуя, что кровь холодеет у нее в жилах.

– Ты выдумал все это, – едва слышно сказала она.

Зандро тоже поднялся со скамейки.

– За каким чертом я стал бы придумывать такое о собственном брате?

Голова у нее пошла кругом. Неужели он действительно знает это? Она оказалась наивной? Или ее ослепили любовь и сочувствие?

– Может быть, ты ревнуешь, – неуверенно предположила Лия.

Зандро сказал, что его мать обожала Рико и родители избаловали его.

Она была ошеломлена реакцией Зандро. Его лицо потемнело; на мгновение ей показалось, что в его глазах промелькнуло виноватое выражение.

Потом густые ресницы опустились, и брови сошлись к переносице. Он презрительно сжал губы.

– Ревную? – переспросил Зандро, бросая на нее намеренно оскорбительный взгляд, и она впервые в жизни почувствовала, как обнажают чью-то физическую и духовную сущность.

Лия вздрогнула, словно он действительно раздел ее. Все ее существо отвергало грубый плотский осмотр и полное отсутствие уважения, которое он умышленно продемонстрировал.

Зандро издал короткий смешок, подчеркнувший, что она не вызывает у него ничего, кроме глубочайшего презрения.

– У меня никогда не было причин ревновать моего брата, – заявил он. – И уж, конечно, нет и сейчас.

Страшная мысль мелькнула у нее в голове.

– Ты думаешь, что, обвинив родителей Ники в употреблении наркотиков, тебе удастся получить над ним постоянное опекунство! Я сдам все анализы, если возникнет необходимость! Они покажут, что я ничего не принимаю. Ничего! – подчеркнула она.

– Возможно, это правда – сейчас, – медленно сказал Зандро. – Но как насчет прошлого… и будущего? Я могу привезти из Сиднея твоих так называемых друзей, и они расскажут в суде все, что им известно о тебе. Когда я разыскивал Рико, большинство из них продали бы свою душу ради того, чтобы купить следующую дозу.

Зандро так уверен в своей правоте, что она вынуждена поверить – он говорит правду. Страшную правду, признать которую она прежде отказывалась.

У нее закружилась голова. Закрыв глаза и пошатываясь, Лия попыталась собраться с мыслями.

Внезапно она ощутила знакомый запах Зандро и почувствовала, как он обхватил ее рукой.

– Тебе плохо?

Она попыталась отпрянуть, но он не отпускал ее.

– Тебе лучше присесть, – сказал он.

– Нет, – возразила Лия.

Отталкивая его, она резко рванулась назад и, потеряв равновесие, едва не упала, одной рукой попав в холодную воду фонтана. Зандро успел подхватить ее.

Она инстинктивно ухватилась за него, и некоторое время они стояли грудь к груди, бедро к бедру. Потрясенная чисто физическим ощущением, Лия подняла голову и посмотрела в темные глаза, которые ответили ей напряженным упорным взглядом, от которого дрожь пробежала у нее по телу – не от страха, а от острого, захватывающего дух предчувствия.