Кара открыла рот, чтобы ответить, но не смогла подавить зевок.

– Прости, – пробормотала она.

Зандро отодвинулся от нее.

– В последнее время ты выглядишь более усталой, чем обычно, – заметил он. – Барбара говорит, что ты выполняешь за нее большую часть работы. Почему ты не даешь ей заниматься своим делом?

– Это моя работа! Я его мать.

– Опять все сначала, – устало проговорил Зандро. – Что, черт подери, происходит с тобой? Почему ты не доверяешь никому заботиться о нем?

– Ники еще маленький, – ответила Кара. – Кто-то должен следить за ним каждую минуту.

– Этим «кто-то» не должна всегда быть ты. Твоя сестра чувствовала, что задыхается. А тебе не приходит в голову, что когда-нибудь Ники может почувствовать то же самое?

Кара похолодела. Она отвернулась от Зандро, чтобы он не увидел ее лица. В горле у нее встал ком. Он прикоснулся к ее плечу.

– Я не хотел причинить тебе боль, Кара, но, жертвуя собой ради Ники, ты не искупишь чувство вины, которое ты испытываешь из-за того, что тебе не удалось спасти его мать. Со временем ему тоже будет нужна независимость. И с чем ты тогда останешься?

Сердце у нее сжалось от страха. Легкая тошнота, которая беспокоила ее за ужином и лишила аппетита, вернулась с новой силой. Кара села в постели. На лбу у нее выступил холодный пот. Она поспешно поднялась, поспешила в ванную комнату и закрыла за собой дверь.

Проведя там пять очень неприятных минут, она ополоснула лицо холодной водой, прополоскала рот и услышала голос Зандро:

– Кара! С тобой все в порядке?

Она открыла дверь. Он подхватил ее на руки и понес к кровати.

– Вызвать врача? Почему ты ничего не сказала?

– Это происходит время от времени, – сказала Кара, когда он опустил ее на постель и сел рядом. – Мне не нужен врач. Пока что. Ты говорил, что хотел бы иметь еще детей… Ну, так вот…

Зандро замер. В темноте она не видела его лица. Затем странно охрипшим голосом он произнес:

– Ты беременна?

– Я еще не уверена, но симптомы похожи.

Зандро настоял, чтобы Кара проконсультировалась с врачом, и отправился вместе с ней. А уже дома напомнил ей:

– Тебе нужно много отдыхать.

– Доктор сказала, что мне нужны регулярные упражнения, – возразила Кара.

– Вряд ли она имела в виду, что ты будешь поднимать начавшего ходить крепыша.

– Этим занимаются все беременные женщины, – заметила Кара. – Никто из моих друзей, у которых есть маленькие дети, не может позволить себе постоянно держать няню.

– Но мы можем. Когда мы с братом были маленькими детьми, у матери был выкидыш, и она до сих пор горюет о малышке. Я никогда не прощу себе, если то же самое произойдет с тобой или нашим ребенком.

По правде говоря, Кара была рада, что благодаря Барбаре она может соснуть, когда ее одолевала усталость, которая, по словам миссис Брунеллески, часто сопутствует беременности.

Зандро ограничил занятия любовью и обращался с Карой с такой осторожностью, словно она была сделана из стекла. Он наблюдал за ней каждую минуту, когда был дома, заставлял ее ложиться в постель, если замечал, что она побледнела, беспокоился, когда у нее пропадал аппетит, и заручился поддержкой матери и Барбары, которые должны были следить, чтобы она не переутомлялась.

Однажды в воскресенье, когда родственники отправились домой, Зандро поднялся в спальню, где Кара, выйдя из ванной, причесывалась перед зеркалом. Он попытался уговорить ее прилечь, и она, не выдержав, огрызнулась:

– Ох, да прекрати же ты суетиться, Зандро! Беременность – это не болезнь.