Юрий неожиданно для самого себя подумал: вот девушка, на которой я женился бы не раздумывая. И сам удивился этой мысли. В тот вечер он много танцевал с Ольгой, и это всеми было замечено. Когда стали расходиться, Юрий предложил:

– Я провожу вас, хорошо?

В передней было много народу, и Ольга промолчала. Юрий помог ей надеть пальто и на лестничной площадке уверенно взял под руку, но Ольга небрежно высвободилась и насмешливо сказала:

– Очевидно, я должна быть польщена, что ради меня вы оставляете девушку, с которой пришли сюда. Но мне это почему-то неприятно.

Юрий покраснел и растерянно пробормотал:

– Видите ли, с Ниной меня почти ничего не связывает...

– Возможно, – спокойно сказала Ольга. – Но сюда-то вы пришли с ней. А сейчас уже первый час ночи.

Юрий почувствовал, что попал в глупое положение, и сказал первое, что пришло в голову:

– Пусть Нина вас не беспокоит...

И осекся под взглядом Ольги. В это время высыпала из дверей компания человек в шесть, Ольга окликнула кого-то и ушла с ними, холодно кивнув Юрию.

Он узнал, где она живет, и несколько дней подкарауливал Ольгу на улице. Встретив, наконец, изобразил приятное изумление, завел легкий, небрежный разговор, думал о том, как пригласить ее куда-нибудь поужинать, и удивился своей почти панической боязни: вдруг она откажется? Но Ольга согласилась. В тот вечер, вернувшись домой, он понял: влюбился. Кажется, впервые в жизни, если не считать «обязательного» школьного романа...

Юрий был уверен, что с Ольгой все получится как надо. Почему же нет? И когда на его предложение она ответила уклончивым «подождем», сначала он только удивился. Зачем ждать? Он не понимал этого, а Ольга ничего не объяснила. И Юрий легко успокоил себя – можно и подождать, чуть раньше или чуть позже, но все равно Ольга станет его женой... Он просто не видел, что может помешать этому.

Но спокойствие его длилось недолго. Юрий вдруг начал ее ревновать. И к кому? К этому хилому толстогубому ничтожеству, Игорю... Сначала Юрий просто не обращал на него внимания. Ольга и Игорь – смешно было бы даже мысленно ставить их рядом. А уж сравнивать Игоря с ним, Юрием, – просто глупо. А Ольга не глупа – в этом Юрий уже не раз мог убедиться. Все было логично – и все-таки Юрий стал ревновать. Ему казалось, что Ольга слишком много времени проводит вместе с Игорем, слишком часто отказывается от встреч с ним, Юрием, отговариваясь работой, слишком хорошо отзывается об Игоре... Юрий с удивлением обнаружил, что способен на самую настоящую ненависть. Он не предполагал, что часами может с каким-то мучительным наслаждением думать о том, как хорошо было бы избить Игоря. Ему даже снилось, что одним ударом он сплющивает эти некрасивые толстые губы так, что на них уже никогда не появится эта наглая, омерзительная усмешка, приводящая его в бешенство. Как жаль, что это возможно только во сне... А наяву при встрече с Игорем ему приходилось вежливо здороваться и стараться не смотреть в его открыто насмешливые глаза.

Но однажды Юрий едва не сорвался. Вернее, почти сорвался. Он пришел к Ольге и увидел на вешалке мужское пальто. Его пальто. Без стука вошел в комнату и, кажется, даже не поздоровался. Одним взглядом окинул их лица. Полумрак – горела только настольная лампа, – бумаги и книги на столе, стаканы с недопитым чаем, пепельница, полная окурков. Ольга с ногами забралась в свое любимое кресло – короткая юбка поднялась настолько, что едва не видны подвязки. А верхние пуговицы рубашки Игоря расстегнуты, и черные курчавые волосы нагло торчат на узкой хилой груди.

Юрий включил верхний свет, глухо сказал:

– Вчера я где-то оставил синюю папку с бумагами – ты не видела?

– Нет, – сказала Ольга, мельком взглянув на него.