– Между Бриджером и мормонами? Да. И они правы. Правительство Штатов не одобряет продажу спиртного местным. Видит Бог, виски погубило уже не одно племя на востоке. Сиу отказываются к нему притрагиваться.

– Они умные, эти сиу, – вставляет Нарцисса.

– С другой стороны… А ты попробуй сказать отряду ютов или черноногих, что ты не будешь вести с ними торговлю. – Васкез фыркает. – Если они хотят виски и приходят со шкурами и пушниной, нам приходится соглашаться на обмен. Джим говорит, что не нанимался в няньки местным племенам.

– Юты и черноногие?

– Не все такие, как Вашаки. Он готов сотрудничать. Помыкать собой он не позволит, но готов договариваться. Ведет торговлю и с нами, и с мормонами. Поэтому странно, что они к нему прицепились. А ютам и черноногим – от тех, что живут у Форт-Холла, одни хлопоты – мы не нужны.

– А что насчет нападения на дозорных, о котором говорил капитан? – спрашиваю я.

– Мне об этом ничего неизвестно. Такое бывает редко, и чаще всего сами переселенцы пугаются и стреляют первыми.

– Да, чаще всего так, – соглашается Нарцисса.

– Капитан Келли неплохой малый, и с Вашаки ему делить нечего, несмотря на сегодняшнее, – говорит Васкез. – Он не в ладах только с Бриджером, и я уже устал от этой истории. Подумываю продать свою долю. Забрать деньги и уехать. Может, открою магазин в долине. Или вернусь в Миссури.

– Ну вот, теперь вы знаете все неприятные подробности, – улыбается Нарцисса Васкез, взяв мужа под локоть, будто желая его поддержать. – Но, мистер Лоури, чем же мы можем вам помочь? Должны же мы вас отблагодарить.

– Нам нужна повозка, мэм, – встревает в разговор Уайатт.

Васкез издает тихий свист.

– Повозки через нас проходят, но все с поселенцами. По пути их иногда бросают, но если уж они входят в форт, то потом обязательно выходят.

– Может, Джефферсон сумеет помочь, – подсказывает Нарцисса. – Но зачем же вам, господа, вдруг понадобилась повозка, когда уже столько пройдено без нее?

Уайатт переводит на меня выжидающий взгляд.

– В караване есть… женщина… На которой я хочу жениться. С ней ее семья, которую она не может бросить, поэтому мы останемся с караваном.

– А, ясно, – понимающе кивает Нарцисса.

– Я пообещал, что женюсь на ней, когда мы доберемся до Форт-Бриджера.

– И вы рассчитывали увидеть здесь что-то вроде Форт-Ларами, в котором можно найти некоторые удобства и отдельную комнату. Мы с Луисом поженились в Форт-Ларами. Наш брак скрепил отец де Смет. Все прошло чудесно. Вы о нем не слышали? Он довольно известен в церковных кругах.

– Нет, мэм.

– Нарцисса, он же, скорее всего, не католик, – ворчит Васкез.

– Нет, сэр, – соглашаюсь я.

– А у вас есть кто-нибудь, кто может провести церемонию? – интересуется Нарцисса.

– Есть.

– Тогда вы просто обязаны пожениться в нашем доме. В гостиной. Я настаиваю. И отдам вам свою комнату на вечер. Раз я не могу помочь вам с повозкой, так хоть с этим помогу.

Васкез, похоже, удивлен, но его жена продолжает говорить:

– Утром Луис уезжает в долину Соленого озера с капитаном Келли. Думаю, мы убедили его, что Бриджер в ближайшее время не вернется, а то и вовсе. Я посплю с детьми. Я часто так делаю, когда Луиса нет дома.

Покосившись на Уайатта, я замечаю, что он покраснел от всех этих обсуждений свадеб и комнат. Я не знаю, что сказать. Моя гордость борется с необходимостью.