Мужчина, спрыгнувший на мостовую следом за старшим конюхом Сполдергейт-хаус и державшийся за спинами Марго и Шахди Фероз, пока Малькольм здоровался с ними, был местным (то есть уроженцем этого времени) - пожилой жилистый ирландец в плохо пошитом костюме. Он помог выбраться из экипажа еще одной пассажирке, красивой молодой женщине в небогатой одежде. Верхняя юбка девушки была не новая, но пошита из хорошего материала, да и линялое пальто сидело хорошо и было чистым. Волосы блеснули в свете газового фонаря медью; лицо украшало слишком большое количество веснушек, чтобы ее считали красавицей по викторианским стандартам. Однако лицо ее было из тех, что запоминаются, и вид оно имело спокойный и уверенный. Одной рукой она сжимала поводок замечательной эльзасской или - как привык Малькольм в Америке - немецкой овчарки с умными глазами.

Старый ирландец, физическая сила которого явно была больше, чем можно было бы предположить по худощавому телу, пожал Малькольму руку.

- Он самый, сэр, Оули Шеннон. Это внучка моя, Мэйви Шеннон, а Альфи собака ейная, лучшая что ни есть ищейка в Лондоне. Мэйви ее сама и выучила.

- Малькольм Мур, - улыбнулся он в ответ, протягивая руку девушке. - Рад с вами познакомиться, мистер Шеннон, мисс Шеннон.

Несмотря на безупречное поведение собаки, мисс Шеннон продолжала держать ее на коротком поводке. Та молча сидела, глядя на людей своими умными глазами и высунув длинный розовый язык. Малькольм повернулся к конюху Сполдергейт-хаус.

- Стоддард, те перчатки, что нашли после исчезновения бедного мистера Катлина из гостиницы, у вас?

- У меня, сэр. - Конюх достал маленький полотняный мешочек, в котором лежала пара кожаных мужских перчаток маленького размера. Относительно свежие следы крови на них свидетельствовали о том, что они были на руках владельца в момент перестрелки в гостинице "Пикадилли" и что тот оказывал в них первую помощь раненому сотруднику "Путешествий", пока тот связывался по телефону со Сполдергейтом.

Малькольм коротко кивнул:

- Отлично. Тогда, пожалуй, дадим собаке понюхать их, ладно? Мне не терпится приступить к делу. Бедная мисс Смит. - Он кивнул в сторону Марго. Ее огорчение можно понять: у нее пропал жених... Бедное дитя!

Марго старалась изо всех сил, изображая охваченную горем особу. Она нервно комкала в руках перчатки и отчаянно давила из глаз слезу.

- Ради Бога, вы найдете его? - дрожащим голосом спросила она, вцепившись в помятый рукав мистера Шеннона.

- Ну-ну, держитесь, мисс, - не без сочувствия обратилась к ней его внучка. - Слезы и все такое ему не помогут, а вы только лихорадку мозговую схватите, мисс.

- Мэйви, - оборвал ее дед. - Леди есть от чего горевать, так что дай Альфи понюхать да не распускай язык! Или, правду говорю, отниму собаку да отшлепаю по мягкому месту!

- И как это ты сделаешь, интересно знать? - парировала внучка, ни капельки не устрашившись его угрожающе поднятой руки. - Ладно, дайте Альфи эти перчатки, - обратилась она к Стоддарду.

- Где парня видели в последний раз? - поинтересовался Шеннон-старший, пока собака жадно принюхивалась к сунутым ей под нос перчаткам.

Малькольм кивнул в сторону расположенного через дорогу здания Оперы.

- Вон там, между Оперой и оранжереей. Швейцар успел заметить, как тот схватился с другим мужчиной в том, что он назвал "отчаянной схваткой", и бросился вызывать констеблей. Второй мужчина был застрелен мистером Катанном, после чего тот, судя по всему, в страхе бежал с места схватки. Должно быть, это был один из этих головорезов, составляющих знаменитые банды из Найхола. Их выходки возмущают весь Лондон. Боже сохрани, куда мы катимся, если малолетки каких-то четырнадцати-пятнадцати лет шастают по улицам, грабят прохожих или вламываются в дома, похищая имущество, оскорбляя женщин, - извиняясь, он приподнял шляпу перед леди, - или нападая на человека прямо перед Оранжереей? В последний раз мистера Катлина видели, когда он сражался за свою жизнь перед оранжереей.