– Деньгами это, конечно, назвать нельзя, согласен, – ухмыльнулся Джузеппе, – но и считать тебя абсолютно нищим я отказываюсь.

– Тоже выходит, выиграл, – сделал вывод Ганц и обвел аудиторию восторженным взглядом, словно приглашая порадоваться вместе с ним. – Приятный сюрприз, правда? Теперь я, получается, состоятельный мужчина, мало того, что хозяин постоялого двора, так еще при деньжатах! Могу развлекаться, как только в голову придет. Захочу, буду здесь на сене валяться, а захочу – в путешествие отправлюсь… Вот вам, например, попутчики не нужны? А то хотите, поеду? Куда вы, кстати собрались, далеко?

Арра не ответила. Сидела молча, опустив голову и внимательно разглядывала свои руки. Джузеппе тоже не торопился. Повозился в кресле, устраиваясь поудобнее и не сводя пытливого взгляда с Ганца, потом поднес ко рту кружку и одним махом вылил в глотку оставшееся в ней пиво.

– А ведь действительно, ин те рес ная получается ситуация, – почти пропел он. – Ни с того ни с сего, посреди степи, совершенно случайно, встречаются магистр истинной магии, воин маг и убийца магов… Кто нибудь, из здесь присутствующих, верит в совпадения?

Словно в ответ, хлопнула створка окна, распахнутая сильным порывом ветра. В ночном небе сверкнула молния, через несколько секунд докатились и раскаты грома, крупные капли забарабанили по крыше. Под внимательно настороженным взглядом Арры, Ганц подошел к окну, высунул руку наружу, преувеличенно тщательно осмотрел мокрые пальцы.

– Как я и говорил, дождь пошел, – сообщил он очевидное. – Нет, ребята, я лично, в совпадения не верю. Давайте, рассказывайте, что случилось?

Проснулся Зарик рано, солнце еще не взошло, и первым делом проверил шкатулку. Торопливо развернул грязный комок рубашки, вздохнул облегченно. На ровной зеленоватой поверхности вроде бы проступили какие то странные узоры. На буквы не похоже, так, закорючки да загогулины. Зарик плюнул на палец, потер одну темную запятую. Она не исчезла, наоборот слегка засветилась, налилась тусклым пурпурным цветом.

М да, как ни крути, а шкатулочка, похоже заговоренная. С другой стороны, это обычное дело. А как же, если бы ему довелось закапывать клад с драгоценностями, тоже непременно заговорил бы. Не сам, конечно, тут специалист нужен, но такого специалиста найти – раз плюнуть. Берут они, правда дорого.

А как же тогда открывать? Сам он заговор снять нипочем не сумеет. Отвезти шкатулку в столицу, там найдутся старые друзья, помогут. Зарик дернул плечом. К друзьям только и идти за помощью, помогли уже однажды. Если бы не они, спал бы он сейчас под собственным одеялом в собственном доме, а не вертелся бы на охапке соломы в сарае дядюшки Корадо. А что с ним сделала собственная жена, об этом лучше вообще не вспоминать. Нет уж, хватит! Лучший друг человека – он сам.

Так что с кладом этим, сначала надо самому попробовать, а уж потом, если не получится, искать знающего человека. Хотя, почему не получится? Шкатулочка ему в руки легко далась, а ведь заговоры на клад такие строгие бывают, не то что без рук, без головы можно остаться. А она вроде как довольна, что Зарик ее нашел, теплеет, когда он в руки ее берет, цвет меняет. Словно кошка мурлычет. Точно, должна открыться.

– Зарик! Кончай спать бездельник! – да, дядюшка Корадо, это тебе не жена. У нее будить гораздо нежнее получалось. – Каша на столе, быстро ешь и за работу. Сегодня с колодцем надо закончить.

– Иду, иду, – Зарик натянул рубаху, снова бережно опустил шкатулку за пазуху и, потягиваясь, вышел из сарая.

Во время плотного завтрака оба молчали – дядюшка Корадо только покосился на торчащую на животе работника рубаху и нахмурился, а Зарик вовсе ни на что не обращал внимания, думал только о том, как будет открывать чудесную шкатулку.